Но будь осторожна! Ты ж ребенка хочешь? А жить хочешь?

Я промолчала и отвернулась, вспомнив, как жаловалась коту на лавочке о том, как сильно я хочу ребенка. Мне стало невыносимо стыдно… ровно до того момента, как Дамиан заговорил снова, поднимаясь с пола одним рывком, словно на шарнирах. Я почувствовала неладное и попыталась отшатнуться, но мужчина перехватил меня за руку, и я поежилась от того, насколько горячими показались мне его пальцы… неестественными, словно не у человека вовсе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍   – Я вижу… огонь и взрыв. И твое тело на земле, изломанное, как у тряпичной куклы. А еще кровь… Не твою. Чужую, – глаза нового знакомого засветились потусторонним изумрудным светом.

У меня мурашки по спине побежали от этого зрелища. Некстати вспомнились слова мамы про будущую поездку и впервые мне захотелось поверить незнакомцу. И сдать билеты на самолет до Тель-Авива.

Мужчина стоял, возвышаясь надо мной во весь свой немаленький рост. И вдруг схватил меня за плечи, притягивая к себе. Впиваясь поцелуем в мои губы. Все мое тело словно прошило ударом тока, но совсем не сексуального характера. Резкая боль ударила в солнечное сплетение, а когда я выпрямилась, то мой взгляд упал на зеркало. И я оцепенела. В отражении я увидела себя… с глазами, горящими тем же изумрудным светом, что у Дамиана только что. А еще в отражении я не увидела никого за своей спиной. И резко обернулась.

Мужчина действительно пропал. Растворился. Словно и не было его никогда со мной… Вот только безумный зеленый блеск глаз не исчез. Наоборот, стал даже ярче… Я вздрогнула, чувствуя головокружение и странную слабость. Едва успела дойти до кровати, чтобы упасть на нее и уснуть прямо так, не раздеваясь. Лишь противный звон будильника с утра поднял меня из того каменного сна, в который я провалилась. Я с опаской огляделась и пошла по квартире, заглядывая в каждую комнату. Подозрительных мужчин не наблюдалось. Поэтому я выдохнула и отправилась в ванную, чувствуя, как все дрожит внутри от страха. Но зеркало отразило мой обычный цвет глаз, темно-карий. Разве что зрачки были слегка расширены, но я списала это на нервы.

– Значит, это просто был сон! – заявила я сама себе, дерзко взглянув на отражение и поправив прическу. Но из памяти не выходил странный рыжеволосый мужчина и его предостережение… Может, стоило отнестись к нему серьезнее?

***

Услышав про Элеонору, Юлиан не смог сдержать эмоций: поморщился, как в детстве, когда ему предлагали молоко с пенкой.

– Хотите, чтобы я возился с девчонкой? – переспросил он.