– Черт! – Юлиан метнулся, как загнанный в клетку. – Но должен же быть какой-то выход!

«Возвращаться в Гарс и искать родственников Элеоноры – слишком долго. Она столько не протянет», – в голове лихорадочно закрутились мысли, и он стиснул кулаки.

– На самом деле… – шаман замялся. – Я мог бы поженить вас перед лицом духов. Прямо сегодня.

– Что?! Нас? Меня и… ее? – Юлиан оглянулся на лежащую на лавке Элеонору.

Девушка, которую он первый раз видит. Девушка, которая умрет, если не вмешаться.

– Это единственный способ ее спасти, – терпеливо вздохнул шаман.

Хмурясь, Юлиан подошел к Элеоноре.

Он присел на корточки рядом с нею, беря за руку. Бледное лицо с благородными женственными чертами сейчас показалось еще более утонченным, красивым. Такая изящная. Такая хрупкая в этот момент. На каком-нибудь балу Юлиан точно попытался бы ее соблазнить, но не больше.

«Шаманы на хорошем счету у императора. Он не сможет признать брак недействительным. А брачный ритуал, проведенный здесь, оставит метки-кольца. Все будет… по-настоящему», – быстро-быстро размышлял Юлиан.

Элеонора нахмурилась, не приходя в себя.

С губ сорвался тихий стон. Прохладные пальцы, словно из последних сил, сжали ладонь Юлиана.

Он мягко погладил запястье Элеоноры, а затем осторожно отвел выбившиеся из пучка волосы. Кончики пальцев плавно скользнули по контуру лица. Она расслабилась, и дыхание стало ровнее.

Юлиан на секунду прикрыл глаза, принимая решение.

– Хорошо, – он встал, отпустив руку Элеоноры. – Готовьте ритуал.

Весь последующий день вокруг нее суетилась старая шаманка. Ее седые волосы были причудливо заплетены в косы. На шее висело украшение из птичьих черепов.

Она то и дело смачивала в травяных настоях светлую ткань, чтобы положить на лоб Элеоноре, а временами и вливала понемногу какую-то черную дрянь из глиняной кружки.

– Она не захлебнется хоть? – с сомнением нахмурился Юлиан в один из раз.

– Восемьдесят весен уже встретила и никого кроме жертвенных кур в своей жизни не убила! – проворчала шаманка. – И вообще, шел бы ты, жених, отсюда. Только под ногами путаешься, а нужно, чтобы суженая твоя до вечера протянула.

– И куда же я, интересно, пойду? – он упрямо скрестил руки на груди.

– Раз моя невеста умирает.

Не сдержавшись, Юлиан тихо фыркнул. Представил реакцию невесты, когда она узнает, что без нее ее женили.

– С глаз моих долой! Да подальше! Пока сам умирать не начал! – шаманка попыталась изобразить хищную усмешку, но нехватка зубов испортила весь эффект.

Пришлось уйти и бесцельно бродить по деревне. Впрочем, вскоре занялись и Юлианом. Ему принесли накидку, сшитую из светлых, рыжеватых шкур. «Шерсть белокогта – поможет отогнать духов смерти», – как сказал шаман.