Темно-рыжий цвет волос Липа унаследовала от отца.

Нет, погорячился он совершенно напрасно. Борис вздохнул.

– Галина Анатольевна, простите, ради бога, я не хотел вас расстроить. Я, наверное, не те выражения подобрал. Но, поверьте, решительно невозможно… Это исключительно ради здоровья Липы, а не из-за моего, как вы совершенно справедливо думаете, паскудного характера.

Так. Еще и обиды старые полезли, причем, непонятно, на что и с какого перепуга. Что-то ты, Боря, вообще не в форме.

Галина Анатольевна совсем громко всхлипнула – и вдруг вцепилась Борису в руку.

– Что вы, Борис! Я все понимаю! Что вы Оленьку спасли. Вы – и руки ваши золотые. ?отите, я вам руки поцелую?

– Боже сохрани! – Бoрис даже отшатнулся. Поползновения к поцелуям его рук Бориса прямо преследовали, и он на такие фразы довольно нервно реагировал. - В этом нет совершенно никакoй необходимости!

– Но поймите и вы меня! – Галина Анатольевна, кажется, его не слушала. – Я сейчас с вами как мать говорю! Вы видели, в каком Оля состоянии?!

– Видел. Послеоперационный период после таких серьезных хирургических вмешательств всегда непростой, и именно поэтому Липа должна пробыть значительное время в стационаре. Необходимо медикаментозное сопровождение – уколы, капельницы, необходимы контрольные обследования, необходим ежедневный врачебный контроль, понимаете?

– Понимаю! Но и вы поймите, Борис. Сейчас в больнице лежит моя дочь. Которую пытались изнасиловать. Которую били. Бил ногами… ч-ч-ч-чудовище! – Галина Анатольевна резким жестом смахнула слезы. – Она вздрагивает от каждой тени. И плачет. Ей страшно, понимаете, Борис?! ?й сейчас нужны близкие люди рядом, привычная обстановка и хорошие эмоции! Или вы, кроме скальпеля, ничего не видите?!

– Галя! – укоризненно воскликнул ?скольд Иванович.

Женщина прерывисто вздохнула – и отвернулась.

– Простите. Простите, Борис.

Борис кашлянул."

"– Я… я на самом деле понимаю, о чем вы говорите, Галина Анатольевна. Я понимаю, что, помимо физического ущерба… – он замолчал. Каждый раз, как только Борис начинал говорить или думать о том, что случилось с Липой,изнутри вскипала обжигающая и совершенно неконтролируемая ярость. Поэтому он старался ни с кем это не обсуждать. И не думать. Пока – нет. - Ну, в общем, зачастую в таких случаях может понадобиться помощь специалиста. Например, психотерапевта.

Сказать по чести, Борис полагал психотерапевтов и иже с ними гомеопатов шарлатанами, но мнение это свое обычно старался держать при себе.

– Эти ваши психотерапевты – все сплошь шарлатаны и бездельники! – фыркнула Галина Анатольевна. – Что они могут сделать?!

Бoрис почувствовал неожиданную симпатию к бывшей теще. Разумная женщина, кажется.

– Галина Анатольевна, я вас уверяю, в больнице Липе ничего не угрожает.