– Могла бы и предупредить!

– Зачем? – беспечно пожала плечами заведующая. – Женщина и без тебя прекрасно справилась. А ты мне вменяемый в операционной нужен был.

Борис махнул рукой – и поспешил дальше.

***

– Куда? - перехватила его у самых дверей родильного отделения Лариса. – Мужчина, вы куда без бахил?

– Не смешно! – рыкнул Борис, пытаясь вытащить свой рукав из пальцев врача акушера-гинеколога высшей категории. Безрезультатно.

– Не торопись, – Лариса другой рукой похлопала его плечу. - Дай жене своей немножко времени. Ну и врачам тоже.

– Зачем? – резко спросил Борис. Вот почему ему сразу не сообщили, когда процесс начался, почему?!

– Так надо, – улыбнулась Лариса. - Не кипешуй, Накойхер, у нас все как в аптеке. Немного подрезали, сейчас подошьют и все, будет полный порядок. Сможешь идти целовать свою ненаглядную. Ребеночек крупный. Четыре двести, пятьдесят пять, девять баллов. Будешь знакомиться?

– Ого, какая у нас девочка получилась. Видимо, не в жену, а в меня – Борис, наконец, выдохнул. Если Лариса говорит, что все в порядке – значит, все в порядке.

– Не знаю, откуда информация про девочку, а у тебя, Накойхер, сын родился. Пойдем, покажу.

***

Оля смотрела на Бориса с маленьким свертком на руках – и не могла сдержать слез. Говорят, это стоит всего.

Так оно и есть.

Борис подошел к кровати, сел рядом и аккуратно повернул к ней младенца.

– Ну вот, БорисБорисыч, знакомься. Это твоя мама.

Оля слабо улыбнулась.

– А ты уже без меня сына назвал?

– Ну так вам волю дай – вы ребенка Аскольдом назовете.

Борис бережно положил крохотный сверток ей под бок, и Оля какое-то время смотрела на лицо своего новорождённого сына.

– А может, я хотела другое имя…

– А по-моему, Борис – прекрасное имя.

Она почувствовала, как ее лба коснулись его губы. Кивнула.

– Согласна.

– Вот дочку, которую ты мне обещала, назовешь сама. Можно даже Олимпиадой.

И,таки да. Накойхеров в итоге стало четверо."