– Ты готов, Серый?

Я в ответ криво усмехнулся и знаком показал, что он может открыть экранирующую «сейфовую» сумку…

Без четверти три пополудни я открыл своим ключом дверь съемной однокомнатной с холлом квартиры на четвертом этаже жилого дома близ станции метро «Братиславская». Гостей не обнаружилось; все тут было ровно так, как я оставил, когда сам был здесь в последний раз, перед тем как выехать в Киев. Но я был предупрежден, что где-то поблизости, скорее всего в самом этом дворе, стоит их машина с аппаратурой и двумя сотрудниками на борту…

Я прошел в туалетную комнату. Включил воду, сходил по малой нужде, потом ополоснул лицо и руки под краном.

Сняв куртку – на мне сейчас та одежда, в которой я приехал в Москву, – сел на тахту.

Ждать мне пришлось недолго – по квартире, в которую я только что вошел, разнесся уже знакомый мне звук рингтона.

– Слушаю!

В трубке послышался металлический голос:

– Странник, где находишься?

– С кем я говорю?

– Это Диспетчер!

– Я возле Братиславской, Диспетчер! Только что вошел в квартиру…

– Где был все это время?

– У меня есть другая лежка. Мне показалось, что на вокзале за мной следили…

– Это были мои люди!

– Ну так надо было меня предупредить сразу, – я позволил себе усмешку. – Короче… я на базе!

– Ладно, – после паузы сказал Диспетчер. – Ладно, Странник… Нет времени на долгие выяснения! Сегодня у тебя будет работа.

– Сегодня? – переспросил я. – Что, прямо-таки сегодня?

– Да, – лязгнул холодным металлом, как винтовочный затвор, голос в трубке. – Сегодня! Ориентировочное время – между семнадцатью и восемнадцатью часами этих суток.

– То есть? Так это же… осталось всего каких-то два часа?!

– Да, времени осталось лишь, чтобы добраться до места и осмотреться!

– Минутку… У нас был уговор!

– Если речь о выплатах, то я держу слово.

– Хочу в этом убедиться, Диспетчер!

– Половина суммы за контракт уже переведена на твои счета! Остальное получишь по завершении работы.

– Это все хорошо, это радует… Но у нас был уговор еще и касательно одного человека. Я хочу услышать ее голос!

В трубке послышались щелчки… Затем явственно, как будто эта женщина находилась рядом со мной, прозвучал ее голос:

– Сергей? Сергей, ты меня слышишь?

– Да, милая, я тебя слышу, – облизнув пересохшие губы, сказал я. – Как ты? Как твое самочувствие?

– Я… я очень устала. – В ее тихом голосе действительно прозвучали нотки крайней усталости. – И я… очень бою… очень скучаю.

– Я тоже по тебе скучаю, – скороговоркой, чувствуя, что связь вот-вот прервется, выпалил я. – Ника, я тебя вытащу… верь мне! Держись!..

В трубке опять что-то переключилось; вместо тихого женского голоса зазвучал громкий, металлический, обезличенный говор.