– Давай подробности. Кто он? Сутенер?"

"– Берите выше, ваше превосходительство. Наружно купец, занимается каменным углем и коксом. Контора у него на Большой Садовой, и действительно, что-то кому-то он отгружает, будто бы даже за границу. А так… На самом-то деле Игнат Власович возит в столицу молодых и охочих девиц. Главным образом из Москвы.

– Думаешь, Каролина – кобылка из его табуна?

Освед[7] пожал плечами:

– Не ко мне вопрос, мое дело – шампанское приносить да номер после убирать. Спрашивать об том следует господина Донато. Одно могу сказать точно: третьего дня великий князь с девкой мирно покуролесили и мирно уехали. А вчера вышло не так. Их Высочество прибыли, дверь за мной заперли, смех там слышался… Я спустился на первый этаж готовить счет. Вдруг слышу наверху шум. Бросил все, побежал туда, а мне навстречу офицер пронесся как на пожар. Злой, толкнул меня неавантажно, ругался скверными словами. Что такое? Я в тот номер, а князь с дамой уже выходят, сердитые и друг друга бранят…

– Вчера?

– Так точно.

– И после этого ее убили… – проговорил вполголоса титулярный советник.

– Что за офицер? Был ли раньше? В каком чине и какого рода войска? – опять взялся за карандаш Путилин.

– Не могу знать, ваше превосходительство. Штаны синие, значит, кавалерист? Чин… Вроде бы поручик. Три звездочки у него. Раньше никогда у нас не был.

– Шифровку полка на погонах не рассмотрел?

– Не успел, уж больно шибко тот бежал.

Иван Дмитриевич покосился на коридорного и спросил вдруг:

– А ты точно итальянец?

– Дед мой был итальянец, а я уж, считай, русак. Это вы насчет «шибко»?

– Угу. Но продолжай, братец, все интереснее делается твой рассказ.

– Да уж конец, – развел руками коридорный. – Нечего больше рассказывать. Великий князь с Каролиной уехали, я пошел номер прибирать. Даже бутылку открыть не успели… Спугнул их офицер.

Сыщики еще порасспрашивали осведа, но тот ничего больше не добавил, а только начал повторяться. Путилин приказал Шереметевскому:

– Давай сюда хозяина номеров. Рысью!

Через час чиновник для поручений привел жовиального мужчину с ухоженной бородкой а-ля Наполеон Третий. Тот пытался держаться солидно и одновременно приветливо:

– Ваше превосходительство, какая честь для меня! Газеты полны рассказами о ваших чудесных подвигах.

Иван Дмитриевич этого тона не принял и быстро поставил хозяина меблирашек на место. Он заявил жестко: или выкладываете все, что знаете про убитую женщину и ее клиентов, или вышлю из столицы! И про Игната Корнетова не забудьте.

Донато сник и какое-то время молчал. Потом выдохнул:

– Боязно. Там такие имена…

Путилин заверил свидетеля:

– Против великого князя я не пойду, да и никто не пойдет. Но рассказать надо. Без протокола.