Что брать чужое нельзя — это в меня в детстве вбили. Настойчиво вбили. На этой светлой мысли я поплелась на кухню пить кофе. В девять у меня первый клиент.

***Вечером Огарёв приехал не то, чтобы очень поздно. Я сама только-только нарисовалась и успела принять душ в его роскошной ванной комнате. Зато он приехал с полными пакетами еды. На фоне последних дерьмовых событий в моей жизни это — казалось чудом. О том, что именно Ярослав был виновником травли соседей, я в данный момент не думала. Я наслаждалась суши.

— Тоня, прекрати жрать, надо же запилить контент!

— Да провались ты со своим контентом!

— Надо, Тоня, надо. Давай, сделай все на столе красиво.

Я вздохнула, засунула за щеку еще один ролл и принялась делать красиво. В конце концов, «запилить контент», чтобы все — в первую очередь, конечно, Виолетка с матерью — поверили, есть наша цель. А я как-то увлекалась и забыла. Чересчур быстро забыла.

Чудо, но на фото я опять получилась прилично — волосы после душа изволили лечь локонами, на щеках румянец. В общем, не сильно я портила фото белозубо улыбающегося Огарева.

Он же что-то быстро натыкал в телефоне, отложил его и расстегнул пару пуговиц на рубашке.

— Все, налетай!

— А ты?

— Пойду, переоденусь. Все не сметай, мне оставь.

Я показал язык великолепной огаревской спине.

— Ну что, дорогая, как прошел твой день? — суши мы смели. И теперь Ярослав заваривал чай. У него это как-то душевно получается. А я вот люблю кофе. Но теперь вот, видимо, придется пить чай. Сегодня — соломенно-желтого цвета.

— Упахалась, — «дорогая» сыто откинулась на стуле. И невинно добавила: — Богдаша сегодня приходил.

Огарев зашипел, плеснув себе нечаянно на руки из чайника.

— Подуть? — добросердечно спросила я. Господи, его это прямо всерьёз задело. Тему эпилированных мальчиков можно пораскачивать.

— Сам справлюсь, — буркнул Огарев и так поставил прозрачный чайник на стол, что из него плюхнулось. Я безмятежно принялась вытирать стол.

— Значит, ты сегодня видела мужской член, — наконец, прорезался голос у Огарёва.

— А ты что, не видел, что ли?

Ярослав поперхнулся чаем из только-только поднесенной к губам чашки.

— Ты думай, что говоришь!

— Что, не ходил в туалет сегодня? — картинно изумилась я.

— Господи… — Огарёв схватился за голову. — Как же с тобой сложно!

Я хотела припомнить, что не навязывала свое общество, но решила не повторяться.

— Зато не скучно!

— Вообще ни разу, — вздохнул Ярослав. Осторожно отхлебнул чай, покосился на молчащий телевизор на стене.

Ой, нет, только не это!

— Не включай, я сейчас буду бормотать!

— Про эпиляцию паха у мужиков? — саркастически хмыкнул Огарёв. — Может быть, лучше телевизор?

— Ладно, про мужиков не буду, раз ты такой нежный и чувствительный.