— По нему и считай.

— Ну, хорошо, пусть барс, — согласился Чиен. — Но как ты мог ждать раскаяния от парня, который хотел тебя убить?

— А что я должен был с ним делать? Зарезать, что ли?

Мы с Чиеном непонимающе уставились друг на друга.

— Ну, сам-то подумай? — попытался объяснить я. — Он же пацан ещё. Я что, должен зарезать ребёнка?

— А сам-то ты тогда — кто? — спросил Чиен, вглядываясь в моё лицо. — Или на тебе колдовской облик? Кто ты, заяц из рода барса?

Я вздохнул.

— Слушай, ты достал с вопросами. Я — никто. Не помню я ничего. Но детей убивать не собираюсь!

Я развернулся и потопал к костру. Ну его, этого «педагога». Там водичку как раз свежую принесли, и то радость.

— Кай! — окликнул меня Чиен.

Раздражённо обернулся: ну что ещё?

— Обернись! Вон он, твой заяц!

Со стороны водопада (хоть и убегал в строну гор) прихрамывая возвращался Багай.

Вид у него был побитый: на лице кровоподтёк, куртка и рубашка изгвазданы и изрезаны. И всё — в бурых пятнах грязи и засохшей крови.

Подрались-таки, мерзавцы!

Я бегом бросился к Багаю, краем глаза успев заметить, что и Чиен идёт за мной следом. Только не спеша и с характерно-педагогическим выражением лица.

Мальчишки тоже оставили возню с прыжками и мигом обступили Багая. Мне пришлось расталкивать их, чтобы добраться до виновника кипиша.

— А Байсур где? — спросил я, уже, в общем, догадываясь, «где» мой второй заяц.

Багай сунул руку за пазуху, вытащил нож Байсура, грязный, тоже в бурых пятнах от крови, и протянул мне.

— Очень быстро бегает, — устало выдохнул охотник. — Бежал за ним до излучины, где болото уже начинается. Там я его и догнал. И обратно он никак не пошёл. Не мог же я его отпустить?

— А труп куда дел? — быстро спросил Чиен.

— Труп в болоте. Я за ним не полез, — помотал головой Багай. — Мы подрались, и он, раненый, кинулся топиться в болото. На болоте — всякое может быть. Я — быстрее назад побежал.

Мне показалось, что в такт его словам раздался длинный шипящий звук.

— Идиот! — подытожил Чиен. — Четыре часа будешь в стойке стоять! Вместо ужина! А вы… — он обернулся к подросткам и заорал: — Все дрова — в костёр! Всё, что есть, быстро!

Зайцы бросились к хозяйственной юрте за дровами. Все, даже Багай.

— А что стряслось-то? — спросил я, кожей чуя неладное.

В воздухе повисло вдруг мутное марево, словно бы комары или мошки поднялись от земли роем. Но место мы выбрали хорошее, продуваемое. И гнуса тут почти не было.

— Она за ним пришла, — тихо сказал Чиен. — Кровь почуяла и шла, тварь.

Он указал на тропу, что вела к городу. Я всмотрелся и сначала ничего не увидел. Но потом на самой границе тропы и леса что-то словно зашевелилось.

Я моргнул — и увидел огромный слизистый ком. Вроде огромной лягушки. Только…

— Ютпа! — заорал я.