Я точно знал, что маралы живут на вольном выпасе, и от природы не очень дичатся людей. И что мешает нам сделать для них загородку? Просто огородить часть горы возле реки?

Плетень нужен самый примитивный, а бездельников — сиречь профессиональных воинов — у нас чистых две дюжины. Охотники-то сами себе работу найдут, а профи пока сидят у Шонка на шее. Вот и будут плести забор!

Задобрив Шонка обещаниями и слегка ограбив, я разыскал Ичина. И выяснил, что вопрос с мясом он тоже начал решать. И вполне успешно.

Я видел только пеших воинов и решил, что их крылатые волки остались в горах.

Но оказалось, что Ичин просто не повёл своих зверей в наш лагерь. Здесь у нас — свой крылатый вожак, а Гиреш — волк Ичина — мог начать устанавливать другие порядки. Растаскивай их потом.

Потому шаман приказал отпустить крылатых кормиться. А сейчас отправил в лес дюжину воинов из тех, чьи звери были достаточно послушны, чтобы быстро откликнуться на свист и поохотиться вместе с хозяевами.

Это было хорошее решение и экономило нам баранов. Две-три маральих туши — и вопрос решён. А может, и рыбка будет: река выглядела многообещающе.

Успокоившись, я начал обходить лагерь, проверяя, кто чем занят.

Шасти возилась с дедушками — поила их чаем, кормила разговорами. Айнур, Ичин и Майман разделили обязанности по подготовке вечернего обряда — работа так и кипела. Йорд тоже не подвёл — учил мальчишек летать.

Видя, что все пашут, я решил присоединиться к старшей группе «лётчиков». Мой волк, Мавик, бузил и не подпускал других наездников. Пора и ему заняться делом.

Площадка для полётов была отмечена несколькими большими камнями, которые служили в полёте ориентирами для приземления.

У одного из камней грустно сидел Кима.

— Ты чего? — спросил я.

— Так вот… — он задрал рубаху и показал свежую повязку.

— Шасти поймала и перевязала? — спросил я.

— Ага, — вздохнул он. — Она рану вскрывала, мазью шипучей мазала. Йорду сказала, чтобы сегодня меня не брал. Все летают, а я…

— Ничего! Ещё налетаешься! — я легонько хлопнул его по плечу и побежал к волкам.

У нас их теперь было даже в избытке. Больше десятка осталось лежать на травке.

Мавик тут же вскочил и полез ластиться. Потрепав его по шее, я оглянулся: осенило, что Киму можно отпустить к рыбакам.

Хоть вздыхать так тяжко не будет.

Но Кимы уже не было возле камня! А куда он мог деться?

Я забрался Мавику на спину и послал его вверх.

Вон он, Кима! Идёт с Эльдэ, сыном Чиена, в сторону леса. Торопятся, оживлённо болтают. Это куда они, интересно, намылились?

Интерлюдия

Кима сидел на камне и вертел в руках нож.

Хороший нож, перекованный из привезённой из-за перевала стали. Последняя память о старшем брате. И она немножечко помогла сегодня.