Империя развернула в системе малую призму автоматических спутников вокруг зоны и включила свалку в маршрут патрульного корвета. По большому счету, этого было достаточно, чтобы пресечь крупное разворовывание добра на свалке. А «по мелочи» переться в такую даль было не выгодно. Арендаторы пошли чуть дальше. Чтобы обезопасить себя от подозрений в неучтенных операциях, чтобы не допустить конкурентов, ну и, чтобы присматривать за не до конца дезактивированным «мусором», они расположили еще некоторое количество спутников, но уже по всей системе. Чем, несомненно, усложнили жизнь Учебному Центру «Выжгар».

Вот и пришлось Ивану на слабозаметной во всех диапазонах гравиплатформе, можно сказать в ручную, корректировать траекторию, искореженного прямым попаданием торпеды топливозаправщика. Полет к цели оставил у землянина двойственное впечатление. Одно дело знать теоретически, что космос это пустота, и совсем другое дело, почувствовать это на практике. Зрение, не подкрепленное приборами, начало предавать человека уже на расстоянии несколько сотен метров от «Выжгара». Пустота, темнота и далекие-далекие звезды, кажущиеся картинкой из планетария. Не страдал особой информативностью и примитивный мультисканер гравиплатформы. В привычных себе терминах Иван определил это чудо техники, как помесь телескопа с радаром и инфракрасной камерой. Эффективная дальность мультисканера не превышала трехсот метров. Иван представлял себя человеком, который пробирается по огромной, абсолютно темной пещере со свечкой для торта в руках. Теоретически понятно, что в пещере есть стены, потолок, растут сталактиты и сталагмиты, валяются камни, но темнота надежно укрывает все это богатство. И обнаруживаешь его только тогда, когда утыкаешься носом.

Та часть сознания землянина, которая благодаря нейросети, занималась непосредственно полетом и, тем самым, дала Ивану возможность по-рефлексировать и подумать о высоких материях, подала сигнал о выходе на дистанцию визуального обнаружения. Парень отогнал посторонние мысли и сосредоточился на работе. Громада космического танкера выглядела тенью, закрывающей огоньки звезд, и поражала своим масштабом. На самом деле, пятисотметровый малый танкер был космической букашкой, то есть, относился к малым кораблям, но когда приближаешься к нему на десятиметровой гравиплатформе, то, хочешь, не хочешь, а в голову лезут мысли о слоне и моське. И никакой тренажер не сможет заменить впечатления, полученные «вживую». Недаром, подтверждение рангов пилота происходит только после реального налета определенного количества часов.

Уравняв скорости с мертвым кораблем, Иван еще раз уточнил параметры его полета, особое внимание уделив медленному, но сложному вращению.