Даже не верится, что вы будете моей свекровью.

– Ну, насчет свекрови и впрямь большой вопрос… Я и сама на него пока ответа не знаю…

– Почему?

– Потому! Ну что, картошку почистила? На ломтики порезала? Молодец. Достань из того вон шкафчика чистое полотенце, сушить будем. А я пока масло на сковороде разогрею и лук припущу… Ох, и вкуснятина у нас с тобой получится, Настя! Объедимся!

– Да, только Юре надо оставить… Он сказал, что сегодня сюда придет. Лена вечером в Прагу улетает… Если б вы знали, как мне стыдно становится, когда думаю про Лену! Получается, я у нее Юру увела?

– Да, Насть, так и получается.

– Но я ведь люблю его… А он меня любит… И все равно я виновата, да?

– Ни в чем ты не виновата. Если бы женщины руководствовались только чувством вины, наверное, население Земли вымерло бы давно… И вообще, я тебе в этом вопросе не советчица. Мне бы со своим чувством вины договориться, но я и того не умею… Хотя, черт возьми, как с ним можно договориться, не знаю! Не знаю, Настя, не знаю…

* * *После отъезда Лени все пошло не так. Вдруг подкосила простуда с высокой температурой – отродясь так тяжело не простужалась, чтобы с постели не встать! Казалось, тело протестует против всяких решений, правильных и неправильных, и пылает жаром, и сил нет встать и дойти хотя бы до туалета. И ничем эту температуру не убьешь, она заговоренная какая-то. Едва-едва упадет после жаропонижающего, и опять! И еще выше поднимается, чем прежде! И приходится лежать в этом бредовом аду, и смотреть, как потолок над головой то куполом выпячивается, то принимает острую конусообразную форму.

Особенно тяжело ночью, когда организм начинает умирать от усталости и просит обычного сна. И вот тут самая засада и ждет… Потому что вместо снов приходят кошмары, в которых обязательно видится покойная бабушка, желающая прилечь рядом и дотянуться до лица холодными пальцами, и бедная несчастная мама видится, сидит на корточках в уголке, мнет слабые ладони, страдая от невозможности чем-то помочь. И едва слышится ее слабый голос – как же так, Марсель, с Леней-то… Зачем обижаешь человека, это ведь он помог тебе из нашего болота выбраться… Если бы не он, что бы с тобой стало, слабым листочком? Первым жизненным ветром унесло бы неизвестно куда… И хочется крикнуть маме в ответ – знаю, мол, знаю. Понимаю все. Хочется крикнуть, но не получается, лишь вырывается из груди болезненное мычание, переходящее в такую же болезненную хрипоту.