Вдоль стен стояли каменные скамейки, а в одном углу стояла большая железная чаша, вставленная в мраморное основание. Пар клубился изнутри, пока камин под полом нагревал воду. В другом углу, напротив входа, находилась жаровня, обеспечивающая освещение. В тусклом свете Катон мог различить двух других обитателей маленькой комнаты: стройного юношу с темными чертами лица и пухлого мужчину средних лет. Оба были обнажены, и последний гладил юношу по спине. Они посмотрели на Катона, когда он пересек комнату и сел рядом, накинув простыню на плечи.

- Префект Секстилий?

- Да, - осторожно ответил человек постарше, убирая руку от юноши.

- Кто интересуется?

- Я трибун Квинт Лициний Катон. - Катон взглянул на юношу и заговорил по-гречески. - Оставь нас.

Юноша быстро оглянулся, прежде чем повернуться к Секстилию, который кивнул и похлопал мальчика по ноге, пробормотав: - Подожди меня снаружи.

Когда они остались вдвоем, префект повернулся, его живот лежал на дряблых бедрах. Он погрозил Катону пальцем. - К чему это? Месяц назад у меня уже был один имперский считатель бобов, который проверил все книги и записи когорты.

Он ничего не нашел. Не говори мне, что это еще одно расследование!

- Нет. Ничего подобного. Мне не интересны твои счета. - Катон замолчал. Не было ничего страшного в том, чтобы сказать правду. - Я еду в Зевгму, а затем направляюсь в Парфию.

- Во имя Плутона, что ты там потерял? Долбанные парфяне грозят начать войну с нами."

"- Это то, что я стремлюсь предотвратить, - ответил Катон. - Я возглавил посольство. Командующий Корбулон хочет предложить царю Вологезу возможность заключить мир.

Секстилий фыркнул.

- Как-будто есть надежда на это! Эти ублюдки уже переходят границу и атакуют наши торговые пути и даже некоторые из наших форпостов. Я сомневаюсь, что это воспримут хорошо в Риме, когда император узнает об этом. Даже если ты каким-то чудом убедишь парфян принять мир, я готов поспорить, что мир будет последним, о чем думает Нерон. Ты зря теряешь время, трибун. И ты кладешь свою голову, как и головы остальных твоих людей под топор.

Пот уже выступал на лбу Катона, и он промокнул его краем полотенца, прежде чем ответить. - Может быть, но я выполню свой приказ.

- Тогда ты дурак.

Он проигнорировал оскорбление. Так как ему нужна была информация, не было смысла создавать между ними дальнейшее напряжение. - Так что именно ты слышал о парфянских нападениях?

Секстилий прислонился к стене и скрестил руки. - Я не знаю всех подробностей, только то, что я слышал от солдат, проходящих через город. Говорят, что из Карр действует какой-то военачальник. Он посылает конные колонны атаковать через границу, от Самосаты и почти до Суры.