Красный — цвет страсти, — смеется он.

— А ты морду от кофе отмыл, прежде чем звать меня в отель? — на этот раз я тоже усмехаюсь.

После чего даю отмашку, и на компьютере включают короткую нарезку.

— Ты же первый мне изменил с Кристиной! Выгнал из дома, завел ребенка на стороне. Ты меня оскорблял, унижал. Я все стерпела и ушла по-тихому. Никому ведь не рассказала, не жаловалась. Я позволила тебе жить, как ты мечтал.

— Да. А тебе не позволю.

— Мне очень интересно, а как бы отреагировали бы твои друзья и партнеры по бизнесу, узнав правду. Взять того же Ярослава Усольцева. Он порядочный семьянин, отец двоих детей. Сейчас, конечно, ваши общие дела хороши, даже несмотря на то, что ты под Усольцева постоянно прогибаешься…

— А ты не попутала ли, дорогая? Когда я прогибался под этого лоха? Если ты ни черта не понимаешь в бизнесе, то и не лезь. Я на три копейки цену снизил, а за это Усольцев готов мне пятки вылизывать.

— Но еще я вспоминаю твоего лучшего друга — подполковника полиции Егорова. Он же мужчина консервативных взглядов на жизнь и вряд ли бы одобрил твое поведение, если был в курсе.

— Так я ему быстро рот заткну. Деньгами. Вымаливай прощение, Катюша. А потом раздевайся. Ты должна хорошо постараться, чтобы я подумал, забирать заявление или нет.

— А если я не хочу тебя? А как же Кристина? Она все-таки беременна…

— Кристина ничего не узнает.

Запись заканчивается. Тимофей несколько секунд молчит, наверное, от шока, но потом я все же слышу его голос.

— Это что?

— Разоблачение твоей истинной натуры, Демидов. И твоего отношения к людям, — заявляю я. — Они ведь не в курсе, какой ты гнилой человек, но обязательно узнают. Только представь, какие убытки понесет твой бизнес, когда Усольцев услышит, как ты о нем отзываешься в кулуарах! А подполковник? Он тебя самого за клевету посадит. Ах! Я еще о Кристиночке расчудесной забыла. Что она с тобой сделает, когда узнает, что ты предлагал мне секс? Да она весь твой мозг высосет через коктейльную соломинку! Поэтому, Демидов, если ты не хочешь, чтобы эта запись попала к нужным людям, сейчас же рысцой побежишь забирать заявление. Ты меня понял?

Он тяжело выдыхает в трубку.

— Какая же ты овца, Катя. От тебя я такой подлости не ожидал…

— С кем поведешься, Демидов.

Тимофей сбрасывает звонок. Но мне этого показалось мало. Пишу ему сообщение вдогонку:

«И чтобы отчитался мне, когда заберешь заявление. Получу доказательства — отдам тебе аудионарезку и оригинал».

Шалость удалась. Тимофей не станет рисковать выгодным ему окружением.

— Ты правда уничтожишь запись? — ахает Лили.

— Конечно, нет, — хмыкаю я. — Оставлю себе копии для подстраховки. Чтобы у Демидова в следующий раз даже мысли не возникло лезть в мою жизнь.