Да и…эти люди могут среагировать куда быстрей. Думаю, что они за мной следят. Я не стал брать телефон на всякий случай.

Я сжала его руку, до боли закусив губу.

— Как тебе помочь, скажи?

— Ничего не предпринимай. Пусть всё идет, как идёт. Я выкарабкаюсь, лишь бы у вас всё было хорошо. Такое бывает. Опасная профессия, знаешь ли, — он быстро поцеловал меня в щёку и взял со стула свою дубленку. — Мне пора. И скажи маме… хотя нет, ничего не говори. Я сам скажу, потом.

Одевшись, он быстрым шагом заторопился на выход.

Еще никогда я не видела его таким растерянным и напуганным. Но одно стало понятно наверняка — отец не изменял и не предавал. Он прав, всё было очень сложно, и одной мне в этом не разобраться.

Что я могла, без денег, связей и возможностей?

Более того, сейчас дело касалось не только меня, но и дорогих мне людей. А значит, следовало преступить через гордость…

Отец давно ушел, а я всё сидела, глядя прямо перед собой, усваивая свалившуюся на меня информацию. И теперь я даже не знала, что было бы лучше… если бы отец на самом деле предал, или вот это вот.

Пальцы слегка подрагивали, когда я доставала из кармана пальто телефон. Снова пропущенный. На этот раз Глеб.

Наверное, стоило бы перезвонить, потому как невежливо столь уж явно игнорировать…но и он в нашу последнюю встречу был не особо то вежлив. Так что потерпит.

Вместо этого я набрала сообщение Андрею о том, что ключи от квартиры оставила в почтовом ящике.

Через какое-то время я решилась. Нашла знакомый номер в контактах и нажала зеленую кнопку. Но уже через несколько гудков пожалела о своём решении и сбросила вызов.

Марк не отвечал. Видимо, не так уж и нужно.

Но что же мне теперь делать? Как помочь отцу?

Куда вообще смотрит служба безопасности их исследовательского центра? Да и есть ли она вообще? Может, ее уже давно и успешно упразднили в рамках оптимизации. А может, что еще хуже, они просто в доле…

Получив те образцы, преступники их выгодно пристраивают, получая большие деньги. И, если что-то вдруг пойдет не так, крайним останется мой отец.

Он просто ничего не докажет…

Неплохо устроились.

Что же делать? В голову не приходило ни единой дельной мысли, и потому я снова схватилась за телефон.

«Я знаю, где твоя блондинка. Она встречается с моим отцом.»

А ведь эта девушка была соучастницей преступления… если, конечно, её не шантажировали так же, как и моего отца. Хотя, какой в этом смысл?"

"Слишком шаткая получается конструкция. Что-то подсказывало, что блонда самый настоящий профессионал.

Тогда оставался очередной вопрос — как это может быть связано с моим мужем?

Теперь я понимала, что соваться к блондинке не стоит. Это самая настоящая мафия, и любой неосторожный шаг мог быть чреват катастрофическими последствиями. Причём не только для меня.