Она была одна на весь поселок, и спросом пользовалась только в будни. Поэтому отец был единственным, кого я увидела внутри."

"Зябко поежившись, шагнула навстречу, не спеша снимать пальто. Отец выбрал самый дальний столик у противоположной входу стены, за декоративной решеткой, увитой искусственными растениями.

Я усмехнулась про себя. Ну надо же, сколько конспирации чтобы поговорить с собственной дочерью.

Зато он хотя бы пришел, как обещал.

Усевшись напротив, я смерила его вопросительным взглядом. Сколько мы не виделись, полгода? Даже странно, как сильно он изменился за столь короткое время.

Ссутулился, поседел, глаза бегают, как у преступника. Разве так должен выглядеть мужчина, переживающий вторую молодость?

Глядя на него, неуверенно улыбнувшегося в ответ, мне стало не по себе. Поднявшись, я обогнула стол, чтобы крепко его обнять. Меня окутал до боли знакомый запах хвойного мыла и табака.

Что-то здесь было не так. Причем очень сильно.

— Как ты, что происходит? Расскажи.

Он только вздохнул, нехотя выпуская меня из объятий. Родные голубые глаза влажно блестели в тусклом свете желтоватых ламп.

— Я не смогу рассказать всё.

— Почему?

— Потому что боюсь…за тебя, доченька.

* * *— О чём ты говоришь?

Подвинув стул, я уселась рядом и взяла отцовскую руку в свою. Я только зашла с улицы, но его ладонь казалась куда холоднее моей.

— Всё очень сложно.

— Я постараюсь понять, ведь мы семья, а в семье друг друга не бросают, верно? Ты сам много раз это говорил.

Он поджал губы и опустил взгляд. Его чуть взлохмаченные волосы блестели непривычным серебром, а ведь всего полгода назад седины было гораздо меньше.

— Это связано с моей работой, — начал отец еле слышно, так что пришлось наклониться к нему поближе, чтобы понять. — Вернее, с новой разработкой. Вот уже почти три года мы проводим испытания необычного препарата… вообще это секретная информация.

— Та самая, о которой все уже давно в курсе?

Мужчина кивнул, невесело улыбнувшись. Его лоб избороздили несколько глубоких вертикальных морщин.

— Я один из тех, у кого есть доступ к экспериментальным образцам. В общем, на меня вышли очень опасные люди, — медленно выдохнув, отец вдруг оглянулся, как если бы ожидал слежки, — они угрожали мне…

— Кто эти люди?

Он покачал головой.

— Я не могу сказать. Если узнаешь, ты можешь пострадать, и мама может пострадать. Так что, пожалуйста, не лезть в это, не посвящай её в подробности и ни в коем случае не ходи в полицию. Думаю, со временем всё разрешится само собой. Они получат что хотят и отстанут.

— Что разрешится? Что им от тебя нужно, эти образцы?

Он кивнул, снова оглядываясь, будто чувствуя на себе чужой враждебный взгляд.

— Если бы у меня была возможность, я бы отправил вас куда-нибудь в безопасное место, но я не могу.