Он гордится им, впрочем, как и я. Только теперь оно мне не принадлежит.

- Не вижу ничего ужасного. Я сделал тест. Лишь хотел удосто, - начинает и тут же осекается, - удостовериться, - это слово даётся ему с третьего раза, - что ты говоришь правду.

Пощёчина – любовница мужа и их ребёнок.

Пощёчина – в этом доме нет ничего моего.

Пощёчина – тест ДНК, потому что мне нельзя верить…

- Знаешь кто ты, Жданов? – поднимаюсь с места, проходя мимо. – Мудак на палочке.

Намерена уйти, но хватает моё запястье.

- Не так быстро, Ракитина, - Рыжий хитро смотрит в глаза, крепко держа рукав растянутого свитера. – Ты мне должна, - его губы кривит усмешка. – За всё надо платить, привыкай."

"- У меня нет денег, - пытаюсь вырваться, и до уха доносится звук лопнувших ниток моей одежды.

- Можно не деньгами.

Поднимаю на него испуганный взгляд, встречаясь с его довольным.

- Ну куда ты, Слава? – дёргает на себя Денис, и я тут же оказываюсь в его объятьях.

Запах тела и одеколона сливаются вместе, образуя свой неповторимый микс, от которого у меня всегда кружилась голова. На секунду закрываю глаза, вдыхая знакомый аромат, только улавливаю что-то чужеродное, относящееся ни к нему. Другую женщину. А, может, это мне только кажется.

- Ну чего ты, чего? – шепчет ласково, будто мы не поделили самую малость, и сейчас он намерен мириться. Одна рука обхватила меня в районе груди, а вторая лезет под платье, и я ощущаю ягодицами его желание. – Хочу тебя, - выдыхает горячим воздухом в ушную раковину, - моя девочка. Люблю тебя, Слава, люблю.

И он НЕ делает мне больно физически, наоборот, хочется поддаться, хочется быть убаюканной его ложью. Только грудь рвёт тоска и горечь, невидимые когти раздирают кожу так, словно намерены добраться до сердца и вырвать его к чертям собачьим.

- Пусти, - пытаюсь вырваться и разомкнуть его руки. – Пусти!

Он борется со мной, тело с желанием, разум с соблазнами. Он меня предал и растоптал, его любовница пришла прямо сюда, чтобы унизить меня, показать, что я наивная глупая жена, которая ничего не видит дальше своего носа. Что я нищенка, у которой за душой ничего, кроме старой квартиры в области, где мы всё собирались сделать ремонт, но Денис говорил, что чуть позже. Позже так и не настало.

- Славаааааааа, - губы обхватывают мочку уха, и тело готово отзываться на его ласки, как всегда прежде. Готово поддаться, пока его ладони принимаются массировать мою грудь.

«У него любовница. У него ребёнок», - твержу себе.

- Я вас не брошу, не оставлю, - нашёптывает Денис, - всё останется, как раньше. Не думай про Алёну.

Имя. У это стервы есть имя! Она теперь не просто безликая блондинка. Она, мать её, Алёна. Алёнушка, как из сказки.