А может, я должен был просто уехать и оставить её в покое? Перестать мучить, ведь невозможность быть вместе уничтожала нас обоих. Мой эгоизм лишил её жизни. Застукав нас вместе в гостиной… твой отец был вне себя от ярости. Он был шокирован и сам не понимал, что делает. Он выстрелил в меня, но твоя мать прикрыла и не позволила пуле пробить моё сердце. Она была ещё жива, и я побежал за телефоном, чтобы вызвать скорую… но когда вернулся, ты кричала, а она… мой ангел больше не дышал. Я готов был убить твоего отца, но сильнее всего — самого себя. Лишь обещание не оставлять тебя в тот момент поддерживало меня.

Это было единственное, что я мог сделать для твоей матери. Твой отец ушёл в себя… он много пил, не выходил из кабинета. Как так вышло, что за убийство посадили его друга — я не знаю, да и не вдавался в подробности. С одной стороны мне хотелось разорвать его, а с другой… ты так часто спрашивала об отце, что я не мог причинить ему боль. Я не смел лишить тебя ещё одного родного человека. Когда Стас немного пришёл в себя, вспомнил, что у него есть дочь, я уехал. Решил, что лучше мне не появляться у вас на глазах, не напоминать о себе.

Я не могу поверить, что всё это правда. Дядя говорит, а меня разрывает от противоречивых эмоций.

Мама была близка с ним…

Мне сложно поверить в это.

Я смотрела на их с отцом фотографии и думала, что они были самой счастливой семейной парой.

— Наверное, ты ненавидишь меня теперь. И будешь права. Я не стану отрицать своей вины. Я сильно виноват перед тобой.

— Ты не сделал мне ничего плохого… Когда мне было плохо, ты был рядом. Это мамино решение — не твоё. Наверное, она очень сильно любила тебя, раз бросилась прикрывать. Нажал на курок не ты, дядя… и я не могу ненавидеть тебя.

Откровенно говоря, я и отца не смогла возненавидеть. Я хотела бы, но всё, что помню о нём… всё то время, которое он провёл вместе со мной… он любил меня. И маму любил. Ревность уничтожила вас троих. Нельзя сейчас продолжать закапывать себя. Это ведь никому не поможет. Лучше просто двигаться дальше.

— Ты сильно выросла. Говоришь совсем, как твоя мать. Она бы сейчас сказала точно такие же слова — уверен в этом. Мне жаль, что я не сумел уберечь её.

— Не вини себя, дядя. Ты слишком много времени прожил в затворничестве.

Теперь пора выбираться из кокона. Мама пожертвовала собой, чтобы ты жил, а не существовал. Если бы только я узнала правду раньше…

— Это ещё не всё. У меня для тебя есть ещё кое-что… Это оставил твоей отец. Шкатулка с секретным кодом. Он сказал, что код ты точно знаешь. Что лежит внутри — не представляю, но надеюсь, что это действительно ценная информация, которая поможет тебе отыскать ответы на все вопросы.

Дядя сжимает мою руку и впервые улыбается мне. Сквозь боль, но это искренняя улыбка.