Беру тарелку, и она, сука, выскальзывает у меня из рук и падает на пол. Вдребезги. Плитка ж на полу.

– Б..ть, Галя! – орёт Виноградов, – ну что ты за человек такой!

– Сев, прости! Ну, прости, пожалуйста! Я не знаю, как так получилось, – в глазах, наверное, страх и ужас. Но страх у меня вообще не из-за этой чёртовой тарелки, которую можно только в предбаннике повесить за дверью или в гараже, страх у меня от нервного напряжения, что я чуть не сдохла, пока искала телефон то ли бабы какой, то ли и правда Игоря, но нет! Он же сказал в конце: «Целую!»

– Ладно, хрен с этой глиной, осколки собери! – великодушно успокаивает меня Виноградов. Ему сейчас не до скандалов и обид. Весь в предвкушении поездки.

– Ага, сейчас.

Иду за щёткой. Противно как-то. За себя, что ли. И вот так всегда, стоит мне только добиться малюсенького успеха на пути его разоблачения, как откуда ни возьмись, летит на меня с космической скоростью комета возмездия. Вот кто её регулярно посылает? Замкнутый круг какой-то. Но я так просто не сдамся.

ГЛАВА 3. Белый рояль

Утром встали ни свет ни заря. Куда-то далеко, типа, повезут. Попил кофе, побрился, оделся, весь с иголочки.

– Ты спи иди, у тебя ещё полтора часа поспать. Такси уже у входа. Дай губки! – поцеловал на дорожку и поехал. Благой такой.

Поспала, встала, навела марафет, закрутила волосы – супер получилось, и в костюмчик влезла с заклёпками. Еле выпросила его у Виноградова, дороговат малость, но краси-и-и-вый! Я в нём девушка с обложки. Сапожки телесные до середины колена – всё, как надо. Сегодня клиенты дорогие, а и праздничное настроение уже подступает.

Время предновогоднее – самая торговля.

Пришла на работу. У входа стоит голограмма ёлки, на которой каждые полчаса меняются украшения: то шары, то щелкунчики с балеринами, то цветы, то фрукты, то ретро фигурки. Загляденье.

Сфоткалась у ёлки, чтобы Виноградову послать, но не сразу, пусть сначала позвонит. Должен, вопреки запретам. Раньше звонил. А потом сравнит меня с Игорьком своим.

Сажусь в кабинете проверять новую поставку – вечерние платья. Покупательницам можно не мерить. Всё показывается на их аватаре, но не все согласны, хотят мерить. Старые паттерны сознания. С ювелиркой проще, и выхлоп больше.

Смотрю на экран компа и вижу, как Виноградов едет в автобусе этом суперсовременном, а рядом сидит…, ну, не знаю, если этот «Игорь» секретарша какая, то вряд ли так сразу откровенно и при всех. Воображение разыгралось.

Четыре года назад…

Катерина, с которой я дружу с первого курса, пригласила меня и Никиту, тоже из нашего института, на маёвку в дом родителей её уже мужа Сашки Пустырёва. Они тогда только поженились. Народу назвали человек пятнадцать, не помню, может, и больше.

С Никитой у меня тогда дела шли к свадьбе.