— Что ты, что мать! Устраивайте свою жизнь, а в мою не лезьте, я как-нибудь сам разберусь.

— Вот именно «как-нибудь», — бормочет он. — Думаю, мне пора. Привет Лилии.

После его ухода возвращаюсь в обеденную в надежде застать там Ясмину и провести с ней беседу на предмет неподобающего поведения. Однако там никого нет. Даже со стола успели убрать.

К жене я захожу только вечером. Она встречает меня в уютном домашнем платье. В нем нет ничего вызывающего или подчеркивающего сексуальность, но мне хочется тут же сгрести Ясмину в охапку и уложить на кровать.

— Сегодня ты меня разочаровала.

Она смотрит на меня своими голубыми глазищами и, кажется, вот-вот расплачется.

— Что я сделала не так? — голос вопреки моим ожиданиям ровный и спокойный, без плаксивых ноток.

— Порядочные женщины не общаются с посторонними мужчинами наедине.

— Я всего лишь проявила гостеприимство и пригласила гостя к столу. Тем более, мы были не одни. В зале все время находилась Аида.

— Прислуга не в счет.

— В этом доме служанка не считается за человека?

По ее тону не ясно придуривается она или намеренно издевается.

— Просто уясни: мне не нравится, когда ты общаешься с другими мужчинами в мое отсутствие.

— Хорошо. Бриан очень обрадуется, что вы будете гулять по городу с нами. Вместе веселее, не правда ли?

Она точно издевается! И глазки такие невинные. Прямо деревенская дурочка. Делаю шаг к ней и утопаю в запахе жасмина. Притягиваю ее к себе, зарываюсь носом в волосы, вдыхаю ее аромат и не могу надышаться. Провожу рукой по ее спине, сжимаю ягодицу. Накажу ее. Так, что она напрочь забудет об этом щегле. За каждую улыбку, ему подаренную, за каждый взгляд в его сторону.

Глава 8. Сон

Ясмина

Эрнан смотрит на меня так, будто желает сожрать. Пока одна рука по-хозяйски облапывает все ниже спины, другая крепко удерживает затылок, не давая отстраниться. Один миг, и вот уже его жесткие губы требовательно сминают мои, язык беззастенчиво исследует мой рот.

Меня пугает такой напор. Мне больно. Его рука, зарывшись в волосы, сжимается в кулак и натягивает пряди так, что хочется плакать. Не отрываясь от моего рта, он подталкивает меня к кровати. И ему совершенно наплевать, чего хочется мне.

Мои ладони упираются в его грудь. Безуспешно пытаюсь оттолкнуть его. Куда мне, я хрупкая, как тростинка, а он сильный воин. Мои попытки только раззадоривают его.

Он красноречиво показывает, что мои желания для него ничего не значат. Если он решил меня взять, то возьмет. Как вещь.

Впиваюсь зубами в его губу. Во рту сразу же становится солоно. Неужели прокусила?

Эрнан отстраняется и смотрит на меня как на сумасшедшую. Его верхняя губа распухла, из нее сочится кровь.

— Ты чего? — рычит он и выпускает из своей хватки.