Даже старшие сестры, которым надлежит пресекать подобное безобразие, растолкав малышню, выглядывают в монастырский двор.

Я стою возле стены, ни жива ни мертва. Не хочу разочаровываться раньше времени. С моим везением однозначно выпадет комбо: старый, плешивый, одноглазый горбун.

— Какой экипаж, — с восхищением выдыхает одна из старших сестер.

— Дверь открывается! Сейчас, сейчас он выйдет! — вопит малышня. — Яся, иди скорее сюда.

Мотаю головой и сильнее вжимаюсь в стену. Врастаю в нее. Захочешь оторвать — не получится.

Наконец нахожу в себе силы спросить.

— Он старый? — в груди все трепещет, так боюсь услышать положительный ответ.

— Нет! Он такой… он такой… — Альма не может подобрать подходящее слово.

— Он потрясающий! — помогает ей другая послушница.

— Эх, повезло тебе, Яська! — улыбается и смахивает счастливую слезу старшая сестра.

— Повезло! Повезло! — как пичужки подхватывает малышня.

Не может быть такого, чтобы мой жених был настолько прекрасен.

— Наверное, у него на носу огромная бородавка, — озвучиваю свои сомнения.

— Отсюда не видно, — пищит кто-то из мелких.

— Идет! — шикают старшие сестры.

— Быстро принять благонравный вид! — командует Марта.

Девочки выстраиваются в линию, скромно опустив головы и потупив глаза. Я тоже смотрю в пол. Гулко звучат шаги, неотвратимо приближаясь. Будто сейчас грянет что-то ужасное. Даже воздух почему-то пахнет грозой, надвигающимся штормом, бурлящим океаном и соленым ветром, свежестью ливня.

Я поднимаю голову как раз в тот момент, когда он проходит мимо меня. Он на меня не смотрит, но вдруг резко поворачивается в мою сторону. Я встречаюсь с ним взглядом, и в этот миг меня словно молнией пронзает. Забываю, как дышать. Странное чувство. Тону в его темных глазах. С трудом разрываю зрительный контакт, потому что иначе просто пропаду. Склоняю голову, чтобы не смотреть на него.

Отпускает только тогда, когда он скрывается в галерее, ведущей в крыло здания, где располагался кабинет настоятельницы.

Все отмирают.

— Ну как? Как он тебе? — раздаются любопытные голоса.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Я его не успела рассмотреть.

Эрнан

Просыпаюсь оттого, что резко сдавливает грудь, так что не могу дышать. Сажусь в кровати и наконец у меня получается сделать вдох. Шумный, рваный, он пугает спящую рядом Лилию. Она хлопает сонными глазами, приподнимается на локте и обеспокоенно спрашивает:

— Ты чего, Эрнан? Кошмар приснился?

Качаю головой.

— Все в порядке?

Солгать бы ей, да только то, что сейчас произошло, затронет и ее.

— Ложись спать, — она нежно гладит меня по плечу.

— Зверь почуял истинную, — выношу приговор нашей спокойной, размеренной жизни.

— Нет, — она прикрывает рот ладошкой, ее плечи начинают подрагивать от сдерживаемых рыданий.