Не граф Монте-Кристо. Не смог пойти до конца.

Михаил танцующей походкой пошагал дальше. Отчего-то казалось: весь его сегодняшний путь по утренней Гранаде не случаен, но предопределен свыше.

И точно: вдруг, в конце извилистой улочки, он увидел вывеску: Internet-Cafe.

Толкнул скрипучую дверь, вошел в полумрак. Парень с длинной цыганской серьгой в левом ухе лениво поднялся от стойки, снисходительно вскинул бровь:

– Сеньор желает Интернет?

Презрительно-жгучие очи посмеивались: «В ваши годы надо газетки в шезлонге читать».

Но провел к убогенькой, старой машине.

Томский не подумал, что будет благоразумнее притвориться лохом – сразу занялся делом. Минут через десять случайно обернулся – и наткнулся на взгляд хозяина кафе. Тот так и стоял за его спиной, полностью завороженный сумасшедшей гонкой цифр на мониторе. Рот разинут, глаза дикие.

– Ha ido al Diablo![8] – рявкнул на него Михаил.

Парень сразу скукожился, засеменил прочь. Томский расслышал: «El genio!»

Обычно комплименты были безразличны. А сейчас было приятно.

И еще приятно, что комп (незнакомый, маломощный, убогий) стал подвластен ему – еще больше, еще полнее. Севкина кровь придала сил? Или, наоборот, не кровь, но милосердие?

Пятнадцать минут – и пройдены все степени защиты.

Михаил увидел на мониторе свой дом.

Свой самый любимый, самый лучший в мире дом.

Общий план. Развеваются, ловят утренний бриз занавески. Рвется с крыши, словно хочет взлететь, флюгер. Разбиваются о скалы, ждут его волны.

Сад ухожен, цветы улыбаются солнцу.

Михаил идет дальше. Внутрь.

Начинает, конечно, со своей любимой гостиной – капитанской рубки. Он не был здесь почти месяц. С тех пор, как вплотную подобрался к врагам.

В комнате ничего не изменилось. В окна рвется морская синева. В их с Кнопкой любимом графине с блошиного рынка – лимонад с кусочками льда.

В кресле, где они когда-то так любили сидеть вдвоем с женой, – женщина. Арендаторша. Успела отлично загореть, глаза веселые, искрятся.

А перед ней танцует девочка. Того же возраста, как его Лена.

В том самом дочкином любимом бальном платье.

…В пакете опций «умного дома» есть одна, необходимая – на случай чрезвычайных обстоятельств. Даешь команду – и огромные окна разлетаются на мириады осколков. Причем полетит стекло внутрь. Раздерет все к черту.

Или еще вариант. Если кондиционер сильно перегреется, неминуемо последует взрыв. Второму этажу конец. И этим двоим, конечно, тоже.

Ярость на мгновение взлетает до горла, готова пролиться горечью, рвотой.

Но девочка в бальном платье делает неумелый батман, мама ей восторженно аплодирует…

И Михаил вдруг улыбается.

Какие, собственно, проблемы?

Пусть пока танцуют.

Сева подписал признание, что подделал его подпись на доверенности.