— Ничего, говорю, — сказал Велерад. — Ведьмак не захотел идти туда сразу, в первую же ночь. Лазил, таился, по округе шастал. Наконец, говорят, увидел упырицу, вероятно, в деле, потому что бестия не вылезает из гроба только ради того, чтобы косточки поразмять. Ну, увидел он ее и в ту же ночь слинял, не попрощавшись.

Геральт слегка скривил губы, изобразив некое подобие улыбки.

— У толковых людей, — начал он, — вероятно, целы те деньги? Ведьмаки вперед не берут.

— Ну да, — проговорил Велерад. — Вероятно, целы.

— И сколько там? По слухам.

— Кто говорит, восемьсот… — ухмыльнулся Велерад.

Геральт покрутил головой.

— А кто, — буркнул градоправитель, — тысяча.

— Негусто, если учесть, что сплетни, как правило, завышают. Кстати, король-то дает три тысячи.

— Ага. И невесту в придачу, — съехидничал Велерад. — Да и о чем мы толкуем? Известное дело, не получишь ты тех трех тысяч.

— Это почему же?

Велерад хватил рукой о столешницу."

"— Геральт, не порти моего мнения о ведьмаках! Этому уже шесть лет с гаком! Упырица укокошивает до полусотни людей в год, теперь, может, чуток поменьше, потому как все держатся в стороне от дворца. Нет, братец, я верю в колдовство, приходилось видеть то да се на своем веку, и верю, до определенной степени, разумеется, в способности магов и ведьмаков. Но что до переколдовывания — это уж чепуха, придуманная горбатым и сопливым старикашкой, который вконец поглупел от своего отшельнического харча, ерунда, в которую не верит никто. Кроме Фольтеста. Разве не так, Геральт? Адда родила упырицу, потому что спала с собственным братом, вот в чем суть, и никакие чары тут не помогут. Упырица пожирает людей, как… упырица, и надобно ее прикончить, нормально и попросту. Слушай, два года тому назад кметы из какой-то захудалой дыры под Махакамом, у которых дракон пожирал овец, пошли скопом, забили его дубинами и даже не посчитали нужным похваляться. А мы тут, в Вызиме, ожидаем чуда каждое полнолуние и запираем двери на семь засовов или же привязываем к столбу перед дворцом преступников, рассчитывая на то, что бестия нажрется и снова нырнет в свой гроб.

— Недурственный способ, — усмехнулся ведьмак. — Преступность пошла на убыль?

— Держи карман шире!

— Как пройти во дворец, в тот, новый?

— Я провожу тебя. А как с предложением толковых людей?

— Ипат, — сказал Геральт, — куда спешить? Ведь несчастный случай на работе может произойти действительно, независимо от моего желания. Тогда толковым людям придется подумать, как спасти меня от королевского гнева и подготовить те тысячу пятьсот оренов, о которых болтают… людишки.

— Речь шла о тысяче.

— Э нет, милсдарь Велерад, — решительно сказал ведьмак. — Тот, кому вы предлагали тысячу, сбежал, стоило ему взглянуть на упырицу, и даже не торговался.