Я испуганно посмотрела на жениха, увидев, как граф Дарреги направляет в него смертельное заклинание. Выкинув руку вперед, я активировала перстень на своей руке: сразу три выпущенных друг за другом заклинания сбили с ног мага. Он приложился спиной о стену и скатился по ней, поморщившись. Артефакт, созданный Эфиаром, разломился и упал безжизненным металлом.

— Олиента, — взяв меня за руки, прошептал Артиан, — сейчас не время и не место, но другой возможности у нас может и не быть. Ты согласна стать моей женой?

Что? Почему именно сейчас? Он сумасшедший!

— Я люблю тебя больше жизни. Даже не так: ты — моя жизнь. Так… ты согласна?

— Соглашайся, Олиента, времени немного, — прозвучал голос Вархаута.

Именно он накрыл нас щитом, который я не сразу заметила. Храм наполнили афхаиты, выстроившиеся полукругом за своим главой. Я неотрывно смотрела на Артиана. Почему он спрашивает? И неожиданно я осознала, к чему он говорит. Моя сила! Конечно! Она ведь ему нужна!

— Артиан, я готова отдать тебе всю себя, почему ты задаешь эти вопросы?

Кажется, истерика дала о себе знать, так как я рассмеялась. На глазах вновь проступили слезы. Артиан стер их ладонями и коротко кивнул. Скинул сюртук, разорвал ткань сорочки. Мои предплечья были оголены по правилам турнира, чтобы каждый видел татуировку рода избранника. Переплетя наши руки, Артиан посмотрел мне в глаза.

— Не так я этого хотел, вовсе не так. — Свободной рукой мужчина обхватил мой подбородок и поцеловал.

Невесомо и быстро. Его губы зашептали слова неизвестного мне заклинания. Почти такого же, как и при помолвке, только сейчас все происходило с благословения богов. Ритуальные свечи, которые зажег граф Дарреги, вспыхнули сильнее. Голос Артиана нарастал, я вставляла слова согласия на древнем языке, как того подразумевала клятва. Предплечья начали гореть. Щит вокруг нас становился все слабее, я чувствовала это из-за жара, охватившего меня.

Боль пронзила мое тело. Артиан целовал меня, не отпуская и пытаясь заглушить нашу общую боль. Там, где еще недавно была татуировка избранницы, теперь появлялась брачная татуировка: она была такой, какой её задумывал именно мужчина, если ему позволяли кровные или иные магические обязательства. В нашем случае она стала гербом рода Дарреги — обоюдной для мужчины и женщины."

"Сила. Я чувствовала силу, бурлившую ко мне. Она была теплой и податливой, такой послушной, родной. Она словно спрашивала меня, во что мы с ней будем играть. «Не сегодня», — мысленно ответила я и направила весь поток куда-то вперед, будто прогоняя её от себя. Она уходила, утекала, уползала, оставляя после себя пустоту.

Когда я вновь начала слышать звуки и ощущать пространство вокруг после сильного приступа боли, поняла, что мы с Артианом в центре настоящего сражения.