Яна подышала у открытой форточки, попила воды, смочила носовой платок водой из банки для кипячения воды и вытерла лицо. Надвинула шапочку пониже, а шарфик подняла до уровня носа и вышла осторожно, стараясь не попасться на глаза припозднившимся коллегам.

⁂Завкафедрой приказал другому преподавателю провести занятие в его группе, а Евгению сказал, что в половине пятого их ждет у себя проректор по учебной части.

Понимая, что это начало конца, Евгений все-таки обрадовался неожиданно образовавшемуся окну и съездил домой, поменял белье и покормил маму обедом.

Хорошо бы переодеться перед визитом к высокому начальству, да не во что. Выпускной костюм где-то затерялся при переезде, да он бы, наверное, и не налез, потому что Евгений с тех пор несильно потолстел, но юной трепетной глистой быть перестал. Женился он в форме и потом из форменной же ткани нашил себе черных штанов на десять лет вперед.

У него было два приличных пуловера, несколько галстуков и много сорочек, и Евгений был совершенно доволен своим гардеробом. Иногда приходило в голову, что стоит обзавестись костюмом или хотя бы пиджаком, но это же надо или ходить по магазинам, ловить удачу, или искать выходы на хорошего портного, а сделать это простому человеку сложнее, чем контрразведчикам вычислить иностранного резидента, потом ездить на примерки, потому что если портной найдется, то жить и работать будет обязательно на другом конце города, а у Евгения нет времени. И денег, в общем, тоже. Так Евгений из года в год откладывал, а теперь не в чем предстать пред очи высокого начальства.

Раз нет костюма, стоит хотя бы побриться, и то ли свет был тусклый, то ли у него плохое настроение, но, глядя в зеркало, Евгений вдруг заметил, что постарел. Волосы еще густые, но не надо теперь приглядываться, чтобы заметить седину, и морщины у рта обозначились резче, а взгляд… Впрочем, взгляд давно такой.

Легкая сутуловатость от высокого роста превратилась в сгорбленность, даже плечи будто сузились и поникли. Когда-то ему говорили, что он вылитый Никитский из фильма «Кортик» в исполнении артиста Виторгана, и Евгений гордился этим сходством, но теперь оно, кажется, утрачено. Теперь он похож на никчемного мужичонку, мямлю, тютю и маменькиного сынка, каковым и является."

"Тщательно выбрившись, он надел свежую сорочку, повязал самый красивый и самый сдержанный из своих галстуков, выбрал тот из пуловеров, который совсем почти не протерся на локтях от частой носки и поехал на встречу с высоким руководством.

На лестнице он встретил Варю. Судя по раздутому портфелю и хмурому виду, девочка возвращалась из школы. Евгений вежливо поздоровался, а Варя сказала: «Хм», – отвернулась, вздернув подбородок, и продолжила свой путь.