Её любящий муж, который взял её в жёны, обещал оберегать её, защищать, ценить, любить до гробовой доски, повёлся как баран на ложь, которую он заметил бы, если бы копнул чуть глубже, присмотрелся к деталям, неочевидным, но видимым.

«Ида… Я верну тебя домой.» — пообещал себе и ей Влад, бронируя билет на самолёт на завтра.

Вечером он пришёл домой раньше, чем обычно. Он купил этот особняк сразу, как выгнал Иду из их общего дома, где они провели вместе пять лет. Новый дом был меньше по размерам, и как будто мрачнее, тёмная облицовка натуральным камнем тому была виной или обстановка, царящая в доме после ухода Иды, Влад точно не мог ответить.

На пороге его, как обычно никто не встречал, приходящие горничные убирались в доме днём. Две круглосуточные няни менялись посменно, чтобы следить за брошенным обоими родителями ребёнком. Влад прошёл на кухню, где постоянная домработница готовила ужин, она вздрогнула, когда он обратился к ней с вопросом.

— Нет, Димочка ещё не ужинал, только приехал после сада и подготовишки. Минут через десять, подам ужин. — ответила Маргарита Васильевна, улыбчивая женщина около шестидесяти лет.

Влад кивнул и поднялся на второй этаж в комнату сына, большую детскую, куда отец почти никогда не входил. Отец застал сына за тем, как он катал по полу огромную пожарную машину. Он вроде бы дарил её на Новый год. Няня сидела в кресле, занятая в телефоне, она кивнула Владу, когда тот с ней поздоровался.

— Привет, пап. — тихо сказал Дима, поднимая на него свои большие глаза в точности как у его мамы.

— Привет, сынок. — как мог ласково сказал отец, натянув улыбку на лицо.

Сын, соскучившийся по отцу, не меньше чем по матери, робко улыбнулся, обычно суровому папе, который присел рядом с ним на корточки.

— У меня на работе сегодня была пожарная тревога, точно такие же машины приезжали, представляешь? — сказал Влад, потрепав сына по темным, как у его матери, волосам.

— У тебя был пожар? — вытаращил глаза Дима. — Башня сгорела?

— Нет, пожара не было, просто ложная тревога. — задумчиво сказал Влад.

«Подозрительно ложная» — подумал он.

— Спускайся вниз, я переоденусь, будем ужинать.

— Хорошо, пап, я сейчас. — улыбнулся Дима уже смелее.

Они ужинали обычными, но очень вкусными, котлетами с картофельным пюре. «Дети любят простую пищу. Им же ничего ещё не приелось в жизни.» — приговаривала Маргарита, подавая ужин к столу, будто извиняясь за такое блюдо. Влад ужинал дома от силы раз в месяц за одним столом с сыном, он чаще с ним завтракал, глядя как полусонный мальчик пытается запихнуть в себя завтрак, чем сильно раздражал, итак вечно раздраженного, отца.