— На меня нападают, Василий Михайлович! Сделайте же что-нибудь! Оградите меня от этой гадкой женщины!

Глава 14

Работа не волк

— Федор Борисович, вы ли это? — осведомился я.

— Ну, а кто еще? — удивленно ответил гость и тряхнул копной кудрявых волос. — Молю вас, уберите эту женщину.

Он испуганно покосился на Муромцеву, которая преграждала ему дорогу.

— Это мой секретарь, — пояснил я и обратился к девушке. — Пропустите его, пожалуйста. Я знаю этого человека.

— Да кто в империи не знает меня? — запальчиво произнес посетитель.

— Вы довольно успешно маскируетесь за очками, — предположил я, пытаясь успокоить артиста.

Муромцева хмыкнула, отошла в сторону и уселась в кресло. А ее ладони перестали искриться молниями. Пораженная происходящим Лидочка стояла у стены и прижимала к груди бумажную папку.

— Спасибо, Василий Михайлович, — поблагодарил меня гость.

Он подошел к двери кабинета. По дороге мужчина то и дело с опаской косился на Муромцеву. Девушка улыбнулась, и как мне показалось, она старалась делать это максимально дружелюбно. Но от ее дружелюбия Фёдор Борисович вздрогнул и отшатнулся.

Я посторонился, пропуская гостя в кабинет.

И обратился к Лидии:

— Не переживайте, прием будет идти по плану. Я отпущу гостя через несколько минут.

Девушка судорожно кивнула, и я закрыл дверь. Обернулся к пациенту.

Фёдор Борисович уже сидел в кресле, откинувшись на спинку и забросив ногу на ногу.

— Итак, чем обязан? — уточнил я у гостя.

Мужчина удивленно взглянул на меня:

— Мастер Юсупов, вы слишком молоды, чтобы страдать провалами в памяти. Неужто вы могли забыть обо мне? О том, что я приговорен судом к посещению сеансов душеправа?

Я поморщился и вздохнул. Этот факт я как раз помнил.

Просто думал, что после смены работы, Федор найдет себе другого душеправа. Но, видимо, у телезвезды были иные планы.

— Полагаю, вас мог бы принять Дельвинг. Он отличный специалист и способен провести вашу терапию и оформить все по высшему разряду.

— Нет уж, Василий Михайлович. Полагаю, что вы должны были предупредить меня о том, что смените работу, — с упреком возразил Фёдор. — Представляете мое удивление, когда я пришел в лекарню Дельвига, и узнал, что вы уволились? Хорошо, что ваш бывший наставник сказал, что вы устроились в фонд «Неравнодушные Сердца».

Пришлось ехать сюда."

"Я подумал, что мой бывший наставник вполне мог бы пойти навстречу Федору и выдать ему справку без лечения. Как и желала пациент. Но отчего-то артист заупрямился. И несмотря на уверения, что у него очень плотный график и нет свободного времени, он решил тратить его на меня. Я взглянул на висевшие на стене часы и произнёс:

— Увы, но мой сегодняшний день уже расписан. И тут я работаю с ветеранами. Запишитесь на прием в частном порядке.

Сидевший в кресле Фёдор нахмурился.