— Пока в доме есть дополнительные едоки, я буду вам доплачивать, — произнес я, дочищая первую картофелину и кладя ее в глубокую чашку с водой.

— Не откажусь.

— Наличными, если не возражаете, — продолжил я и взял новую неочищенную картофелину.

— Это вас Петр Феликсович научил? — догадалась Любавушка. — Он мудрый, и хорошо, что вы к нему прислушиваетесь.

— К слову, завтра должен будет приехать садовник, верно? — уточнил я, очищая плод.

— Все так, — ответила кухарка. — Я напомню Петру Феликсовичу, что надо оплатить ему стрижку кустов.

— Хотел попросить вас оказать мне услугу.

Передайте садовнику, чтобы не трогал дерево, которое перекинуло ветку с участка графа Толстого, — попросил я. — Он будет рад, если ветка останется нетронутой.

— Жалеете вы старика, — кивнула женщина. — Передам, конечно. И стоит попросить почистить фонтан. Пусть вы не запускаете воду…

— В этом году, пожалуй, надо это сделать, — перебил я кухарку. — Все же это красиво. Да и птички будет прилетать на водопой. Думаю, соседскому коту такое понравится.

— Вам бы в дом тоже кот бы не помешал, — вдруг заявила Любавушка. — Я спускалась в подвал, чтобы взять оттуда кое-что из продуктов.

А там у коробки угол сгрызен.

Я понял, что ящик был поврежден во время потасовки дяди со злодеями, но говорить вслух это, конечно, не стал.

— Отраву от мышей брать не стоит. Не ровен час, как ядовитую мышь слопает какой-нибудь из соседских котов. Будет жаль животину.

— И не поспоришь.

— А кошачьего духа как раз хватит, чтобы никакой грызун не захотел тут поселиться.

— Правильно. И где же добыть кота?

— Можно взять в приюте, — предложила Любавушка. — Выбирайте не породного, а самого что ни есть простого.

Если у него будет уши кривые или морда в шрамах, то точно берите. Не смотрите, чтобы красивый был. Боевой кот всегда лучше изнеженного.

— Это вы правильно заметили, — заявил появившийся на пороге Петр Феликсович.

Он приосанился, оглядывая комнату, взглянул на меня, работающего по кухне, и уточнил:

— Может и моя помощь пригодиться?

— Только если будете руководить, — тотчас нашлась кухарка.

— Тут главный не я, — неожиданно смиренно признал дядька. — Так что обойдусь без звания генерала кухни.

— Ты сегодня скромен, — заметил я, убирая в емкость с водой последнюю почищенную картофелину.

— Я всегда такой, — возразил старик и уточнил, — ты ведь уже пообещал нашей кухарке прибавку к зарплате?

Я кивнул.

— И премию за мой счет выпиши, — распорядился князь и вышел из комнаты.

Он, вероятно, запамятовал, что счет, с которого мы вели хозяйство, у нас был общий. Но спорить я не стал. Вместо этого уточнил:

— Что-нибудь еще?"

"— Что вы, Василий Михайлович, — замахала руками Любавушка. — Достаточно, дальше я сама. Спасибо, что подсобили.