Восторга по этому поводу никто из нас не испытывал, но спорить не стали. Альтернативой был сеновал — но его уже заняли практиканты — или дилижанс с его неудобными узкими сиденьями, с которых запросто можно во сне сверзиться.

Девушки до глубокой ночи шуршали нарядами, решая, во что завтра облачатся, приводили себя в порядок и перебирали запасы косметики.

Я умылась, разделась до нижнего белья и завалилась в постель. Режим похода мне привычнее мирной жизни, так что разум машинально заблокировал белый шум и отключился.

Проснулась я с рассветом.

Оглядела мерно сопящих соседок, почесала шейку вынырнувшему из укрытия под кроватью Тьмоку и отправилась в ванную комнату. Спустя полчаса я уже сидела в общем зале, попивая бодрящий кисловатый ягодный отвар и глядя за окно, где потихоньку начинали суетиться местные работники. Запрячь коней в повозки, проверить колеса, поправить брезент — им прикрывали ценный багаж.

Караван вез не только платья йорун, но и пособия по некромантии, справочники по рунам, инструменты, оружие и прочие необходимые в походе вещи. Мочить их под дождем или росой крайне нежелательно.

Позевывая, подтянулись разбуженные голосами старшекурсники. Аксель вяло меня поприветствовал и привычно устроился рядом. Похоже, до конца экспедиции мне светит именно эта компания.

Спустились свежие и щебечущие пташками йоруны. Оглядели меня осуждающе, мол, отрываюсь от коллектива, но присоединиться не попытались. А могли бы, места хватало.

Но приличия прежде всего!

Не дело незамужним сидеть за одним столом с молодыми парнями. Меня сплетни мало волновали, однако стоит учесть этот нюанс. Когда в дверном проеме появился сонный тан Киттип, я с облегчением ему помахала.

В сопровождении старшего родственника это уже не вопиющее нарушение приличий.

На мои штаны все еще косились, но спутники постепенно привыкали к мысли, что йоруна Вальд — исключение из всех правил.

Пожалуй, так я и в седло пересесть смогу денька через два и никто в обморок от ужаса не упадет.

Путешествие протекало мирно и скучновато.

Девушки бесконечно обсуждали моду и обменивались сплетнями, я подремывала, раскинув следящую сеть и накинув полог безмолвия.

Поначалу соседки пытались втянуть меня в разговор, но вскоре осознали тщетность попыток.

Я их не игнорировала, но оказалась вопиюще несведуща в столь важных деталях, как количество допустимых на шляпке перьев и длина волана на рукаве. Потому меня признали безнадежной провинциалкой с островов и отстали.

Мне же лучше.

На шестой день пути мои поисковики наконец уловили нечто подозрительное.

Я встрепенулась и села ровнее.

Аура от алтаря расползлась по окрестным лесам, распугивая живность и отравляя воздух.