Не могу сказать, что устроили пир, но для скромной семейной трапезы точно слишком роскошно.

После обеда йор Роукхейм поднялся и попросил разрешения хозяев дома побеседовать со мной в саду.

Без них. Зато с таном Киттипом.

Папенька скривился, но согласился. А куда ему деваться? И так карьера на честном слове держится. Не в его положении спорить с министром, пользующимся безраздельным доверием его величества.

Нам накрыли чай с десертом в увитой неизменными розами беседке.

Старый военный огляделся, просканировал окрестности и на всякий случай прикрыл нас звукоизолирующим куполом.

— Ну что ж. А теперь к сути, — строго заявил он, разливая по чашкам горячий темно-золотистый напиток. — Рассказывайте, что там на самом деле происходит.

Мы с отчимом переглянулись. Он пожал плечами и кивнул, мол, давай сама, ты лучше знаешь."

"— О чем именно? — уточнила я, прикидывая какую часть истории можно рассказать безнаказанно.

Упоминать ли про тайный архив пра, например? Есть ли шансы, что меня досрочно пустят в закрытую секцию академической библиотеки?

— Начнем с того, откуда вам вообще столько всего известно? — Йор Роукхейм расслабленно откинулся на спинку скамьи, но было очевидно, что его небрежность — напускная.

От того, поверит он мне сейчас или нет, зависел исход всей моей спасательной миссии.

— Все эти подробности про темную богиню, модификация печати, измененный щит… — перечислил министр, загибая для наглядности пальцы. — Я уточнял, в свободном доступе подобных сведений нет. Даже на Сомираве до недавних пор о таком не слышали. Лишь после инцидента в особняке вашей матушки стали известны некоторые детали, и то смутно и расплывчато. В школах архипелага темных искусств не преподают. Остаются семейные архивы. Вроде бы вас обучала танна Ратри?

Бесценная пра и на этот раз пришла на помощь непутевой внучке.

Только объяснить все странности одним архивом не выйдет.

— Не знаю, поверите мне или нет, но меня избрала сама Мараям.

Тьмок, чуя мое напряжение, запрыгнул на колени и басовито заурчал.

Йор Роукхейм покосился на кота и почесал костяшки. Не простил еще бесславного поражения. Но не начинать же новый поединок посреди сада!

— Смелое заявление, особенно учитывая, как у нас относятся к некромантам и темным таинствам, — поджал губы министр.

— Надеюсь, вы не подвержены предрассудкам, — твердо отрезала я. — В данный момент альтернатив у нас мало. Либо вы мне верите, особенно в том, что ни я, ни темнейшая не желаем зла человечеству. Либо полагаетесь на Лаандару, только сразу предупреждаю: против тварей ее жрецы бессильны. Разве что помолиться за упокой жертв смогут. Если сами выживут.

— Я никогда не был особо религиозен, — осторожно заметил йор Роукхейм, на всякий случай покосившись на тана Киттипа.