Немного уставшая, она дошла до пьяцца Мартири и решила зайти к Альфонсо, который с большим удовольствием распоряжался в магазине, попросить его о помощи. У входа она столкнулась с красивым, элегантно одетым молодым человеком, которого звали Фабрицио. Это был не клиент, а друг Альфонсо. Лила остановилась немного с ним с поболтать – оказалось, он знал кучу вещей. Они поговорили о литературе, об истории Неаполя и о детском образовании; последняя тема была Фабрицио особенно близка, потому что он писал по ней диплом в университете. Альфонсо молча слушал их разговор, а когда Ринуччо заплакал, взял его на руки и начал баюкать.

Тут появились покупатели, и Альфонсо переключился на них. Лила еще немного поговорила с Фабрицио – она уже так давно не общалась с человеком, способным поддержать интересную беседу! Фабрицио начал прощаться, и Лила с детской бесцеремонностью расцеловала его, а затем и Альфонсо в обе щеки.

– Какое удовольствие с тобой говорить, – сказал Фабрицио с порога.

– Взаимно.

Лила погрустнела. Пока Альфонсо обслуживал клиентов, она вспомнила всех, с кем познакомилась за время работы в магазине, вспомнила Нино, опущенную ставню, полумрак, их волнующие разговоры… Ровно в час Нино заходил в незаметную дверь, а в четыре через нее же уходил.

Может быть, это все ей только приснилось? Она с недоумением огляделась. Нет, она не тосковала ни по тому времени, ни по Нино. Она понимала лишь, что время прошло и то, что было когда-то таким важным, сегодня потеряло значение, оставив раздрай в душе и мыслях. Она взяла на руки Ринуччо и уже хотела уйти, когда в магазин вошел Микеле Солара.

Он тепло поздоровался с Лилой, потискал Дженнаро и сказал, что он очень похож на мать.

Потом он пригласил ее к бару, угостил кофе и предложил подвезти домой на машине. Как только они тронулись с места, Микеле сказал:

– Лина, бросай своего мужа! Прямо сегодня. Я позабочусь о тебе и о твоем сыне. Я купил квартиру в Вомеро, на пьяцца Артисти. Если хочешь, съездим туда, и я все тебе покажу. Я выбирал ее и думал о тебе. Можешь делать там что хочешь. Читай, пиши, изобретай что в голову взбредет, спи, смейся, занимайся с Ринуччо. Все, что мне нужно, – это смотреть на тебя и слушать, что ты говоришь.

Микеле впервые говорил с ней без своей обычной иронии.

Он вел машину, все время бросая на нее короткие встревоженные взгляды, стараясь угадать, что она думает. Но Лила смотрела на дорогу, одновременно отбирая у Дженнаро пустышку, к которой он, по ее мнению, слишком привык. Мальчик отталкивал ее руку. Когда Микеле наконец умолк, Лила, которая слушала его не прерывая, спросила:

– Это все?

– Да.

– А как же Джильола?

– При чем тут Джильола? Ответь мне, да или нет, а там видно будет.

– Нет, Микеле, мой ответ: нет.