Лежа на боку, подтянула к груди колени, обхватила их и громко, по-звериному завыла, пытаясь отрешиться от навязанных эмоций.

– Все будет хорошо, – расслышала я незнакомый женский голос, и меня рывком усадили на кровати.

Кто-то гладил по голове и уговаривал принять отвар. Трясущейся рукой послушно взяла чашечку и немного расплескала. Остальное выпила залпом, кем-то бережно поддерживаемая за плечи.

Через минуту я уже лежала под одеялом, а все та же незнакомка нежно гладила мои волосы. Под ее успокаивающее бормотание рыдания постепенно стихли. Навалилась слабость, веки стали тяжелыми.

«Сонное зелье», – мелькнула последняя мысль, и я провалилась в беспамятство.

Эпилог

Чем запомнилось мне утро переезда? Болью и отчаянием. Горечью и печалью. Не было ни одной девушки, которая не лила бы слезы. Даже Виктория роняла соленые капли и украдкой их утирала. Мне было все равно. Внутри поселилась пустота. Я не хотела ничего вспоминать. Я хотела забыть.

Когда нас разместили по каретам, отвернулась к окну, не собираясь вступать в диалог ни с сестрой Геллой, ни с Викторией. Несомненно, директриса знала, что причинило мне страдания. Знала и покусывала губы, отводя взгляд.

Если первые мгновения подруга пыталась вызвать меня на разговор, то после моего молчания поняла, что это бесполезно.

Я ненавидела лорда Лерая с того самого момента, когда он изъявил желание стать моим покровителем. Он сильно отличался от первых двух, требуя преобразить меня по своему вкусу. Бесцеремонно передавал указания сестре Риа вместе с подарками, а я часами выслушивала ее оскорбления и восхваления в сторону лорда, который так заботится о моей внешности. А потом получала наказание. Голодовка? Было. Избиение пансионерками? Да. Потому что я отказывалась принимать дары. Отказывалась становиться той, которую пытался вылепить из меня третий покровитель. Наши редкие встречи, как же они отличались от тех, которые были в Красном Доме!

Всегда словом или жестом он указывал мне на то, что я всего лишь бастард. Человек низшего сорта. Тот, кто равен ничтожеству. Что поменялось сейчас? Ничего, он наконец получил то, чего хотел. Моя внешность кардинально изменилась. Думаю, он выбрал меня, видя, что я послушна во всем сестрам Ордена Магнолии и не перечу пансионеркам. Кукла. Он просто хотел куклу. И в то же время… его возмущали нападки девушек на меня. Странно это. Очень странно. Что-то еще должно быть. Что-то, что ускользает от меня из-за обиды и гнева.

Сонливость обрушилась внезапно. Будто бы мне вновь дали зелья. Всего секунду назад спать мне не хотелось, а сейчас я отчаянно зевала и пыталась устроиться поудобнее на лавке.

Помощь пришла с неожиданной стороны. Директриса Геллара согнала Викки, наказав той сесть рядом с ней.