Как обезьяна, которую обучили визуально различать какие-то предметы, пока ее мозг был в порядке, будет извлекать из своих полушарий эти знания после операции по расщеплению мозга?"

"И как мне провести такие эксперименты? В лаборатории Сперри встречались самые разные личности, но все они были готовы прийти на помощь. Чтобы мое дело сдвинулось с места, Тревартен и Сперри проводили операции. Лоис Макбёрд, техническая работница в лаборатории Сперри, помогала мне освоить обучение обезьян. Специалист по закупкам Реджи учил меня конструировать установки для тестирования, пусть и выполнял при этом большую часть работы сам. А мой лучший друг в Калтехе, Чарльз Хэмилтон, продвинутый аспирант, учил меня всему остальному. Так они поддерживали меня, пока я проводил то одни, то другие исследования на приматах, более пятнадцати лет – и все это параллельно с моей работой на людях.

Работа с животными, особенно с обезьянами, – эмоционально изматывающее занятие. Хотя обезьяны и бывают агрессивными и гадкими, обычно они не такие. Мы тщательно заботились о животных и после операции находились рядом с ними до тех пор, пока они не восстанавливались. Мы делали все это по собственной воле, без каких-либо инструкций. Однако во многих лабораториях жестокость к животным была неотъемлемой частью исследований. С тех пор произошел заметный культурный сдвиг в отношении к животным, отраженный сейчас и в лабораторной практике. Сегодня исследования на животных проводятся профессионалами и контролируются тщательнее, чем исследования на людях в некоторых клиниках.

Результаты эксперимента, призванного ответить на вопрос, хранятся ли в обоих полушариях одни и те же воспоминания, были четкими и понятными. Оказалось, что мозг обезьян, которых научили решать задачи, основанные на зрительных стимулах, содержал только одну копию соответствующего воспоминания. А вот у кошек их было две, по одной в каждом полушарии[60]. Результаты тестирования У. Дж. показали, что нет явных указаний на то, что в правом полушарии хранятся копии воспоминаний, связанных с восприятием слов на слух или их чтением, тогда как в левом полушарии такие воспоминания точно есть. Однако мы знали, что оба полушария могут распознать конкретный объект, пусть даже способностей правого недостаточно, чтобы назвать его. На одном уровне люди были сходны с обезьянами, а на другом – с кошками. Конечно, проблема сильно усложнилась после проведения новых экспериментов.

Прошло столько лет, а вопрос о том, где же хранятся воспоминания, так никуда и не делся. В том первом исследовании на обезьянах мы также показали, что у разных особей полушарие, хранящее воспоминания, может быть как левым, так и правым.