Я помог обставить все так, будто Диметрио убил кто-то другой, а его величества у нас в доме и не было. После битвы у озера Йотунов, король окончательно поверил в мои способности менталиста.

Я закрыл лицо руками и зарычал. Вот почему так долго не шла помощь! Нарваг перестраховывался. Надеялся, что мальчишка, который хранит в глубинах памяти его преступление, погибнет в неравном бою. Не пожалел ни людей, ни даже генерала ар Харшата! Вот только во мне проснулся дракон."

"– Мое происхождение сыграло злую шутку. Да, я не способен принимать боевую ипостась, как ты и твой отец, но драконья кровь усилила мою магию многократно. Клянусь, меньше всего я желал, чтобы Нарваг узнал о моем таланте! – сетовал дядя. – Но случилось то, о чем предупреждала моя мать. Король все узнал и превратил меня в ручную собачонку. В покорного раба, который прибегал по первому зову и стирал память всем, на кого он указывал пальцем. Меня! Дракона из рода ар Шахгар!

Все-таки у дяди Диего еще осталась гордость, и он тяжело переживал из-за того, кем был вынужден стать. Я слушал его, ненавидя и сочувствуя одновременно. И понимал, что прощаю, несмотря на все, что он сделал. Не могу не простить.

– Много лет жизни в страхе. Я не желаю такой судьбы никому, племянник. Я пытался забыться, с головой погружаясь в заботы о княжестве. Старался, чтобы наши люди жили хорошо. Хоть какая-то компенсация за то, что я натворил.

– Почему Нарваг убил моего отца у нас дома? Это было неосмотрительно, глупо и совсем не в его стиле. Неужели он не смог придумать ничего лучше?

– Не знаю. Он мне не докладывал, как ты понимаешь. Но я решил, что король вспылил. Диметрио обладал редкой способностью выводить из себя кого угодно.

– Это правда, – не мог я с ним не согласиться.

Была у моего отца такая черта.

– Второй раз ты блокировал мне память в борделе?

Дядя кивнул.

– Тебе и той девочке. Это ведь на ней ты женился?

Я вспомнил, как меня привел туда Нарваг. Он вел себя так, словно был моим ровесником. Обещал, что мы отлично развлечемся. Я не слишком-то хотел с ним идти, но королям не отказывают.

А потом он открыл передо мной дверь одной из комнат. Посередине стояла огромная кровать, где сжалась в комочек Эления. Она была в одной прозрачной рубахе и, похоже, очнулась только при нашем появлении. Заморгала удивленно, а затем схватила покрывало и натянула его до самого носа. Ее огромные перепуганные глаза, наполненные слезами, я никогда не забуду.

Тогда я повернулся, чтобы спросить у короля, что все это значит, но тот открыл шкатулку с Сердцем Рады и активировал его.

«Развлекайся, Данте», – сказал он.

И все… Я потерял голову. С того момента меня не интересовало ничего, кроме Элении. Инстинктам дракона и магии богини невозможно было противостоять.