И знать о тебе все…

-28-

Я обиженно засопела и отвернулась. Слышала, как он завел двигатель, машина снова мягко тронулась. Пошел снег. В свете фар снежная завеса казалась еще плотнее, я с трудом различала дорогу. Даже очертания ворот поселка еле угадала, а когда узнала знакомую аллею, ведущую к особняку, стало поздно.

— Мы что… сразу на ужин? — встрепенулась я.

— Да, — Мир заглушил мотор и вышел, чтобы тут же открыть дверь с моей стороны.

— Но я… — подала ему нерешительно руку, — я же не готова…

— А у тебя есть что-то, чтобы подготовиться?

Действительно, вещи привезут только завтра.

Но все же я представляла себе семейный ужин у оборотней немного по-другому. Думала, сбежится весь поселок посмотреть на «неведому зверушку», а в холл встречать нас вышла только мать Мира. Ольга Михайловна нарисовалась на лестнице, едва он помог мне раздеться.

— Мирослав! — прозвучало так резко, что я вздрогнула. Мне вдруг подумалось: если эта женщина — все, что Мир видел с детства, то не удивительно, что он вырос таким холодным и жестоким. Мать окинула меня презрительным взглядом, поджав губы, и надменно глянула на сына: — Опаздываешь.

Хочу с тобой поговорить. Сейчас!"

"Вроде бы ну что такого? Ну, рявкнула «шакалица»… Только из моей груди вдруг вырвался приглушенный рык. Я поспешно прикрыла рот ладонью и смущенно прокашлялась:

— В животе… урчит…

Мир неожиданно оскалился, а лицо Ольги Михайловны натурально вытянулось. Глаза женщины раскрылись так, что едва не выкатились, а губы задрожали.

— Что это такое? — выдохнула она.

— Моя истинная кошечка, — довольно возвестил Мирослав, собственнически прижимая меня к себе. — Больше нет сомнений?

Самообладание отказало женщине не на шутку, она побледнела и пошатнулась, а Мир, вместо того, чтобы помочь матери, увлек меня в сторону от лестницы, где виднелся вход в просторный зал.

— Мир… мама же… — затравленно оглянулась я.

— Ей только на пользу, — зло усмехнулся он.

Тут уже был накрыт стол, звучала приглушенная классическая музыка. Мария суетилась с сервировкой:

— Мирослав Владимирович, — кивнула коротко и потупилась, непроизвольно скользнув ладонью к шее, скрытой воротником джемпера. — Располагайтесь.

Натянуто улыбнувшись, она выскользнула из зала.

— Подождешь? — тихо попросил Мир, усаживая меня в кресло возле камина.

Я бы лучше сейчас залезла своему зверю за пазуху, лишь бы не оставаться в этом месте одной. Он поймал мой затравленный взгляд, сжал чуть сильнее ладонь на долю секунды и тут же выпустил. Стоило ему выйти, я принялась настороженно осматриваться…

Хотя дом и был новым, «шакалица» его намеренно оформляла тяжело и вычурно, под старину. Все здесь давило: массивная люстра, кажется, бронзовая, свисала с потолка на половину высоты комнаты.