Истратила весь резерв? Виттор рванул было на помощь, но раздался громоподобный рык Кталхара:

– Я сам!

Василиск рванул к падающей Аривании, оттолкнулся от земли, в прыжке подхватив хрупкую фигуру женщины, обвивая ее своим телом, и они с грохотом рухнули.

– Подхватываем ее стихию, – напряженно проговорил Арангорн, уже начиная вплетать силу в нити стихии Аривании. – Я разрушил плетение.

– Легко сказать, – отозвался Виттор, тоже перехватывая магические нити, ощущая их сопротивление – управлять неродной стихией практически невозможно. Они способны лишь усилить и поддержать созданное плетение.

Но Арангорн прав: сейчас только вода потушит остатки пламени, напитает исстрадавшуюся землю.

Еле шевеля крыльями, Виттор с Арангорном спустились. Огромный дракон, сделав несколько неловких шагов, обратился человеком и тяжело оперся на ствол дерева. Василиск, выйдя из-за кустов, осторожно, насколько возможно действовать когтистыми лапами, положил Ариванию на истлевшую траву, припал на колени возле нее. Виттор, приземлившись, сделал шаг, после чего рухнул, опершись на руки. Потоки воды все еще лились с неба, неслись по земле, смешанные с сажей.

Виттор откинулся назад, отведя влажные пряди от лица. Голова кружилась, в теле ощущалась невероятная слабость. Почти не ощущая ног, он поднялся, чтобы пройти к Аривании. Она наполнила его резерв, понимая, что его сила нужнее, но не подумала о себе.

Аривания лежала, не шевелясь, бледная, с посиневшими губами. Казалось, она уже не дышит.

– Скорее всего, выгорела. – Голос Кталхара звучал ровно, без эмоций.

Виттор одарил сюзерена Северных земель недовольным взглядом. Василиски сами как камни. Бесчувственные и безэмоциональные.

С Ариванией у Виттора были ровные отношения. Он с теплом и уважением относился к сюзерену Восточных земель. И сейчас было горько наблюдать ее последние мгновения."

"Они обернулись, услышав топот множества копыт. Между полусгоревшими деревьями показались фигуры единорогов. Белоснежной шерсти не коснулись гарь и копоть. Волнистые гривы лоснились блеском. Длинные витые рога на лбу каждого переливались всеми цветами радуги. Один из единорогов выступил вперед, прошел так близко, что Виттор мог коснуться его гривы, если бы протянул руку.

Единорог нагнулся к Аривании, тронул ее рогом. Фигуру Аривании объял радужный купол, засияв сотнями блесток. Аривания шевельнулась, открыла глаза.

– Спасибо, – прошептала она.

Вокруг остальных сюзеренов вспыхнули радужные купола, пополняя резерв. На этом единороги посчитали свой долг выполненным и рванули прочь, исчезая среди деревьев.

– Ну вот, – притворно вздохнул Арангорн, отлипая от дерева, с которым, казалось, уже сроднился. – На похоронах не погуляем. – Эта фраза немного развеяла их напряжение.