Внутри меня что-то закипает. Злость поднимается горячей волной, заставляя щёки пылать. Я столько сделала после исчезновения Рильды! Навела порядок в счетах, разобралась с поставщиками, которые годами обманывали постоялый двор, организовала новые маршруты доставки продуктов... И всё равно я для них «неопытная девчонка»!

И я даже догадываюсь, кто за всем этим стоит. Майгара, которую явно не устраивает то, что Кристард слушает меня, а не её. Если человек прикидывается умирающим, значит и грозящая всем нам опасность не станет для неё серьёзной причиной не быть… собой.

Я оправляю передник и расправляю плечи. Нестерпимо хочется выпустить пар. Не хочу быть скандалисткой, но мне необходимо отстоять свои границы. Раз уж мы все заперты здесь, в этой внезапной крепости, нужно расставить точки."

"Раз Кселарон спит, решаю выйти. Подходу к двери, поворачиваю ручку и уже собираюсь шагнуть в коридор, когда замечаю чёрную тень, скользнувшую по полу. Сердце пропускает удар, но через мгновение я узнаю её хозяина и бликующие глаза.

— Винтер!

Кот, моя единственная связь с прошлой жизнью, которого я не видела несколько дней! Я уже начала бояться, что его поймали и съели волки.

— Волки? — фыркает Винтер, и я слышу его голос в своей голове, всё время забываю, что он угадывает мысли. — Мне не страшны волки, Элена. А вот тёмные – совсем другое дело.

Я оглядываюсь, проверяя, нет ли кого в коридоре, и закрываю дверь, возвращаясь в комнату.

— Где ты был? — шепчу я, подходя ближе. — Я волновалась.

Винтер начинает вылизывать лапу с видом существа, у которого есть дела поважнее, чем отчитываться передо мной.

— Увязался за солдатами, когда Кристард уехал, — наконец отвечает он. — Хотел посмотреть, что происходит.

Жёлтые глаза становятся серьёзными.

— И знаешь что? Кристард зря связался с той тварью.

Холодок пробегает по спине. Я опускаюсь на корточки, чтобы быть на одном уровне с котом, и спрашиваю:

— Почему ты так думаешь?

Винтер перестаёт вылизываться. В его взгляде тревога, которую он обычно старательно скрывает под маской безразличия.

— Подозреваю, что эта тварь идёт сюда не за людьми, — Винтер переводит взгляд на колыбель. — За ним, твоим сыном.

Воздух застревает в горле. Я инстинктивно пячусь, чтобы быть ближе к ребёнку.

— Нет… это… невозможно.

— Я слышал её. То, что идёт сюда. Если попытаться проанализировать всё, что она бормочет, ей обещали ребёнка. Она считает его своим. И хочет получить.

Сердце колотится как бешеное, в висках пульсирует кровь.

— Так это она? Она послала монстров, которые окружили нашу телегу тогда?

— Скорее всего. Но ты воспользовалась камнем, так? Она потеряла тебя из виду так же, как и Кристард. Но теперь она точно знает, куда идти.

— Что мне делать? — шепчу я, чувствуя, как паника поднимается внутри.