Стоп! Почта! Сканы чертежей пришли на почту Костика Саблина. Прикольный поворот. Почему я сразу не сообразил…

– Тимур, – звоню безопаснику. – А ну-ка зайди…

Отодвинув ноутбук в сторону, выхожу на балкон. С высоты второго этажа задумчиво глазею на внутренний дворик, усаженный невысокими деревцами и кустами роз. Такой личный мини-парк в центре Питера. Даже скамеечки есть. На одной из них сидит Влада. Тонкий шелковый сарафан облепляет два идеальных полушария, не оставляя никаких загадок и тайн.

Даже лифон не надела, зараза маленькая! Изводит меня. Но ничего. Я потерплю.

Перевожу взгляд на сына. Санек, уцепившись ручонками за деревянный край лавки, осторожно переступает с ноги на ногу.

– Вызови дизайнера. Пусть обустроит в атриуме детскую площадку, – диктую сообщение Грише."

"А сам не открываясь пялюсь на Владу. Любимая поднимает глаза. Сталкиваемся взглядами. Душу тот час же заливает тепло. Хочется бросить все к чертовой матери, сбежать вниз по мраморной лестнице к семье…

Но сзади раздается негромкое покашливание Тимура.

– Давай сюда, – приглашаю настойчиво. Разговор серьезный и я не хочу доверять его ни телефону, ни собственному новенькому кабинету.

– Состыкуйся с Шаманом, – имея в виду знакомого хакера, усмехаюсь криво. – Мне нужны все контакты Кости Саблина. Кто и когда ему писал…

– Но мы же запрашивали данные у Саблина. Там указан странный почтовый ящик. По нему отследить никого не удалось.

– Мы имеем дело с опытным гадом. Он решил меня переиграть. Но я сделаю его. Обещаю, – роняю порывисто. – Должна быть какая-то связь, понимаешь…

– Ищем, – вздыхает он. – Все связи давно отработали. Никаких пересечений.

– Поэтому и нужно взломать гребаный почтовый ящик. Больше нам ничего не остается!

55. Он смотрит!

Влада

Месяц в Петербурге пролетает незаметно. Кажется, еще вчера Слава привез нас в особняк, отделанный лепниной и скульптурами и с видом гордого собственника проводил по комнатам со свежим ремонтом.

– А это моя гордость, – распахивая створки двери, заявил он гордо. Остановившись на пороге, замираю от восторга.

Посреди просторной комнаты на золотых лапах стоит белый концертный рояль. В высоких окнах виднеется набережная и какая-то речка, впадающая в Неву. Очень красиво!

– Это же Бехштейн! Не может быть! – выдыхаю на автомате. В ответ слышится лишь смех Градова.

– Он весь твой, Влада!

Стараясь не бежать, быстрым шагом устремляюсь к инструменту. Благоговея, касаюсь пальцами золотой надписи. Обалдеть! Он же стоит как крыло Боинга. Хотя какое крыло? Как сам Боинг!

– Можешь сыграть, – предлагает Ростислав, открывая клап. Небрежно скользит ладонью по клавиатуре.

– А он настроен?

– Обижаешь…

Усевшись на велюровую банкетку на гнутых ножках, пробегаю пальцами по клавишам.