— Я не хочу больше туда…

— Я не брошу, — он рывком дернул меня в свои руки, зарываясь в волосы пальцами. — Не брошу, обещаю.

— Не обещай того, чего не сможешь, — вцепилась в его плечи. Никогда мне не избавиться от этого ужаса. Я боялась это существо, запертое внутри, как огня. Своевольное, хищное… Аршад так и не сказал мне, в кого именно я превратилась, но то, что тварь была невиданной — сомневаться не приходилось. Меня затрясло, когда я почувствовала ее рычание в душе. — Как от нее отделаться…

— Никак, — досадливо процедил. — Это проклятье того, из лап которого я тебя вырвал.

— За что?

Он никогда не рассказывал об этом. Я отстранилась, заглядывая Джинну в глаза.

— Ненавидел меня, — прозвучало отстраненно. Аршад опустил взгляд, кривя уголки губ. — И ведь знал…

— Что знал? — продолжала всматриваться в его лицо, чувствуя, что он вот-вот скажет…

— Что… ты станешь дорога мне, — пронзил меня темным взглядом. — Мое наказание и проклятье. — И вдруг улыбнулся: — Собирайся, пора завтракать.

Во дворце Повелителя не было суеты. Все еле колыхалось, даже вода в бассейне с карпами. Радужные, алые, жемчужно-белые, они собрались у бортика поближе к моей кушетке, с головой выдавая мое пренебрежение запретом не кормить рыб с рук. У них, видите ли, особый рацион. Только у меня тоже. Я облизнулась на особенно упитанного попрошайку красно-белой масти.

— Может, тебе какую-то другую рыбку завести? — усмехнулся Аршад, внимательно наблюдая за мной.

— Форель, — невозмутимо развалилась на подушках и лениво потянулась.

— Она не такая красивая. Свежая пойдет?

— Боюсь, твоя кухарка хлопнется в обморок, если я приду охотиться на форель в кухню…

— Охотница, — скалился Джинн.

По охоте я тосковала, как шейх по верблюду. Странно, но во время охоты мы с моей темной стороной души прекрасно ладили и дружно получали удовольствие. Аршад летал со мной в Европу на выходные, и в такие дни я чувствовала себя счастливой, как, наверное, ребенок. Счастье дышать холодным воздухом, бежать босиком по снегу, карабкаться на елку и смотреть с ее вершины на невероятные красоты — это запредельно! Аршад дарил мне оружие, нанимал лучших учителей по стрельбе… Только я оставляла всю экипировку в лесу и пускалась на охоту без ничего.

А вот светские приемы я ненавидела всей душой. Вся эта атмосфера фальшивых улыбок, блеск золота и драгоценностей, мир властных мужчин… Противно. Раньше я пряталась в комнате, либо уезжала по работе. И меня такой расклад более чем устраивал.

— Майрин, — тихо позвал Аршад, — после завтрака тебя заберут на примерку и приготовления к приему.

Чашка с чаем лопнула в ладони, и карпы бросились хватать осколки позолоченного фарфора, осыпавшие их дождем.