Это похоже на ее поцелуй, узнавание, какая она на вкус. Подкрепление моего пристрастия к ней. Этого не совсем достаточно, и все же гораздо больше, чем мне полагалось иметь.

Вокруг нас атмосфера, как бы намекая на восьмидесятые года с эротичной музыкой и приглушенным светом, и при нормальных обстоятельствах я бы уже давно поставил точку, сказав женщине снять одежду и склонить свое лицо к моим коленям. Но Элли — не обычная женщина. И замужем она или нет, я никогда не смогу относиться и соблазнять ее так, как многих до нее.

Лицо Элли краснеет, и она отворачивается обратно к телевизору, расположившись на месте — своем месте — возле меня.

— Беру слова обратно, — говорит она с небольшим зевком. — Это моя любимая серия.

Серия изменилась, но банда все еще находится на Бермудских островах. Монике заплетают волосы в африканские косички в стиле Бо Дерек, а Росс мутит с Чарли, девушкой Джоуи. Джоуи даже не расстраивается всерьез, потому что в этом нет смысла. Росс больше ей подходит, по крайней мере, он заслуживает ее. Джоуи никогда не мог дать Чарли то, что она хотела. Он никогда не мог по-настоящему удовлетворить ее.

Он Джоуи... распущенный, простодушный, безответственный Джоуи. Он никогда не изменится. Такие, как он, никогда не меняются.

13. Страсть

В ожидании я расхаживаю по сцене, наблюдая за входом, словно ястреб. Я чувствую, как с каждой секундой увеличивается мое беспокойство, вспоминая теплое тело Элли, прожигающее мой бок. Я был не в состоянии чувствовать что-либо еще с тех пор, как она выскользнула из моих рук, как только ранним утром в воскресном небе забрезжил рассвет, превращая его в сладкую сахарную вату.

Мы уснули после того, как Рейчел и Джоуи наконец-то сошлись.

Элли свернулась у меня под боком, словно маленькая дикая кошка, прижав к себе колени. С рукой, сжимающей мою футболку, и огненной гривой волос, спадающей на закрытые глаза, она тихо похрапывала у меня на груди, используя мое тело в качестве личной, теплой подушки. Я проснулся сразу же, как только солнце выглянуло из-за горизонта, и наблюдал за медленным, ленивым танцем солнечных лучей, скользивших по ее лицу. Даже затуманенными от сна глазами я смотрел на нее и понимал, что она была прекрасной. Непорочной и перерожденной для нового дня с новыми возможностями. Возможностями быть рядом с ней и позволить ее теплоте подавить те последствия, что остались прямо за обрывистыми холмами на краю моего оазиса.

В момент, когда мои глаза находят ее в толпе, я снова могу дышать. Мой взгляд становится четче. Мне лучше, когда она рядом, даже когда я отказываю себе в удовольствии на самом деле взглянуть на нее. И в большинстве дней для меня лучше, когда я не смотрю на нее. Этот день один из таких.