Ее спина выгибается, и я чувствую, словно внутри нее что-то взорвалось, глаза плотно зажмурены, рот открыт, но из него не выходит ни единого звука.

— Да, вот так, малышка, — хрипло говорю я, по-прежнему толкаясь внутри нее. — Продолжай, не останавливайся. Кончай для меня.

Она великолепна. Дико красива. Мне нравится наблюдать, как она распадается на части от дикого возбуждения снова и снова, пока не становится оцепеневшей и не в состоянии даже двигаться. Но, наблюдая за ней столь уязвимой и дикой, когда она пульсирует вокруг моего члена, на меня накатывает собственный оргазм, скользящий вверх по позвоночнику. Я хочу замедлить свои толчки, но слишком поздно. Моя спина напрягается, пальцы впиваются в ее бедра, и я загоняю свой член в нее последний раз. Я вхожу медленно в Элли, но так глубоко, насколько это возможно, наполняя ее лоно горячим семенем. Помечая ее киску, что я не только был в ней, а теперь обладаю ею.

Я наваливаюсь на нее сверху, и меня, словно тяжелый плащ, накрывает волна изнеможения. Только мои трясущиеся локти с трудом удерживают меня, чтобы не придавить ее маленькое тело своим.

— Какой это был урок? — сонно спрашивает она с улыбкой на губах. Я целую ее и чувствую вкус солнца.

— Не урок, малышка. Это было чертовски невероятно, и этому нельзя научить.

*

— Кока-кола или пепси?

— Кола.

— Пепперони или колбаса?

— Пепперони.

— Боевики или комедии?

— В этом есть какой-то смысл?

— Мы должны поговорить. Мне нравится узнавать тебя. Поэтому ответь на вопрос, секретный агент.

— Боевики. А теперь помолчи, потому что мне нужно тебя покормить.

Я кладу холодную ложку между ее губ, и она слизывает все мороженое до последнего кусочка.

— Ммммм. Ты считаешь разумным выбирать боевики.

Следующую ложку я кладу себе в рот, смакуя этот ледяной вкус, который именно сейчас мне кажется столь восхитительным после такой работы над телом Элли, в качестве ее собственного личного эротического тренера.

— А что?

Она опирается локтем на подушку и придвигает свое обнаженное тело к моему. Мои глаза тут же удивленно расширяются, глядя на ее идеальную грудь, завалившуюся на один бок и касающуюся моего плеча.

— Ну, учитывая, что у тебя уже есть имя супергероя и все...

— Супергероя?

— Не беспокойтесь! Джастис Дрейк здесь! — декларирует она в театральной манере, рассекая кулаком воздух. — И готов убить злодеев Скотсдейла с двуглавыми членами и кислотной смазкой лазеров!"

"Мы оба смеемся до слез, которые появляются в уголках глаз. До тех пор, пока хихиканье не уменьшается и не переходит в мягкое мурлыканье и прикосновения. И мы опять придвигаемся грудь к груди, кожа к коже, и я поглощаю ее рот, полностью забыв про мороженое. Элли обхватывает меня ногами, и я поднимаю тело выше к ее лицу, чтобы поцеловать глубже.