— Это не я отправила тебе это сообщение, — произнесла, продолжая сумбурно смотреть на экран. Но Помпей уже в следующее мгновение убрал телефон.

— Я уже это понял. Поэтому и спрашиваю, кто в тот день брал твой телефон. Ты должна помнить. Ты же всегда таскаешься с ним и никому его не даешь. Держишь под паролем.

Я поджала губы. Учитывая то, что у меня в галерее были фотографии спящего Помпея, в том, что я паролила его и никому не давала, не было ничего странного. Вот только, я не думала, что альфа все это замечал. Хорошо хоть он не знает, что именно я так отчаянно прятала.

— Я никому не давала телефон, — сказала, качнув головой. В сознании щелкнуло и я, растерянно вспомнив, сказала: — Он у меня в тот день пропал. Черт. Это было в той гостинице. Я потом повсюду ходила вместе с Лерсоном и искала телефон, а нашла его в своем номере, хоть и уверена, что до этого его там не было. И еще я поняла, что из телефона все удалили. Контакты, видео, номера. Проклятье…

— Кто кроме твоей стаи был в гостинице?

— Никто… — нехотя прошептала. — Вернее, мне кажется, что никто. Но я не думаю, что это сделал кто-то из моей стаи. Ладно, с подавителями все возможно.

Может, кто-то по ошибке просто забрал мои вещи. То есть, сделал это не специально. Но вот намеренно лазить в моем телефоне и, подставляя меня, отправлять тебе сообщение…

— До того, как я все выясню, твоя стая будет у меня, — Помпей произнес это настолько жестко, что у меня против воли по коже побежали мурашки и внутри поселилось далеко не самое приятное ощущение.

— Я не уверена в том, что потом ты их отпустишь и в том, что еще сильнее не навредишь.

— Если они к этому не причастны, я ничего им не сделаю.

— Обещаешь? — насколько же наивно прозвучал мой вопрос.

Словно я была ребенком, который спрашивал о чуде. О том, что оно обязательно произойдет. Вот только, чудес не бывает и надеяться мне не на что. Особенно, когда речь касалась такого чудовища, как Помпей. Поэтому услышав его ответ, я сразу посчитала, что мне послышалось.

— Обещаю.

Резко подняв голову, я широко раскрыла глаза.

— Правда?

— Да.

Я опять поерзала и ненадолго закрыла глаза. Пыталась войти хоть в состояние хоть какого-то покоя. Понемногу получалось. Впервые за последние дни мне стало хоть немного легче.

— Можно мне хотя бы их увидеть? — спросила, открывая глаза.

— Да, конечно. Сейчас отведу к толпе пацанов свою течную омегу. Почему бы и нет? — в голосе Помпея послышалось сильное раздражение.

— Я забыла о том, что у меня нет подавителей, — буркнула, решив не комментировать его «моя омега». Пока у него находилась моя стая, решила, что будет лучше, ограничить ссоры между нами. — Кстати…

Я немного покрутилась и прислушалась к собственным ощущениям.

— У меня, кажется, сейчас нет течки. Прошла.