Скорее всего. Вряд ли они упустят такой блистательный случай. Великий князь Дмитрий Константинович не сентиментален — он прагматик. Чего ради он станет играть в благородство себе во вред, когда ему выпал столь блистательный случай решить неприятную проблему раз и навсегда?

Охнул, оступившись, доктор Аврамов и тотчас заругался, уронив саквояж, — оказывается, в поисках равновесия ухватился рукой за шипастое «чертово дерево».

— Тяжела доля врача? — шутливо посочувствовал Лопухин.

— Уж не тяжелее, чем доля больного, — парировал эскулап, рассматривая ладонь. — Мне — что? Я отсюда уж точно на своих двоих уйду.

— Да вы просто завидуете, — поддразнил Лопухин. — Какие дуэли между разночинцами? Нонсенс. Вот когда заслужите дворянство, тогда и дуэлируйте на здоровье.

— Нет уж, благодарю покорно! Я всяких ран насмотрелся. На чужих людях — и то, бывает, душу надорвешь, а уж на себе… — Аврамов махнул рукой. — Помирились бы, право. Глупо все это…

Лопухин смолчал. Нет, милейший Спиридон Потапович, это вовсе не глупо! Для одной из сторон это наилучший выход из затруднения. Воспользуется ли она им — небезынтересный вопрос.

— Вот хорошая поляна, — указал Враницкий. — По-моему, как раз.

— Согласен, — кивнул Канчеялов. — Ровная, и солнце в глаза не светит. Комаров вроде немного. Что скажете, Николай Николаевич?

— Не все ли равно? — Лопухин пожал плечами.

— Мне не нравится ваше настроение, — с беспокойством сообщил лейтенант, но ответа не дождался.

Привязанными к колышкам бечевками секунданты отметили две параллельные линии длиной тридцать шагов каждая и пятнадцать шагов одна от другой. Осмотрев револьверы, вышелкнули из барабанов все патроны, кроме одного. Враницкий, назначенный с общего согласия руководителем дуэли, подбросил монетку, определяя места дуэлянтов.

— Прошу вас приблизиться, господа. В последний раз япрашиваю: не угодно ли вам примириться?

— Не угодно, — отрезал Розен, в то время как Лопухин молча покачал головой.

— В таком случае напоминаю вам условия дуэли. По команде «сближаться» вы имеете право стрелять. Вы можете, но не обязаны идти навстречу друг другу, придерживаясь каждый своей линии. Для прицеливания и производства выстрела вы обязаны остановиться. Во время движения револьвер должен быть направлен дулом вверх. Противник, стрелявший первым, обязан ждать выстрела своего противника совершенно неподвижно на месте, с которого он стрелял. По истечение тридцати секунд после первого выстрела противник, стреляющий вторым, теряет право стрелять. Раненный первым выстрелом противник имеет право стрелять в течение одной минуты с момента получения раны. Осечка считается за произведенный выстрел. Стрелять в воздух имеет право противник, стреляющий вторым.