Правда, на таком расстоянии трудно было сказать, действительно он смотрит с такой ненавистью на конкретного человека, или же это просто игра теней и света множества свечей в люстрах.

— Быть может, вы чем-то обидели лорда Чиллингуорта?

— Я с этим джентльменом стараюсь не встречаться. Он известный драчун, и кулаки у него, говорят, тяжелые.

— Кажется, он и стреляет недурно?

— И это я слышал. — Уокер пожал плечами, не желая развивать эту тему. — А вы с ним знакомы? Он, может быть, считает, что вы принадлежите ему? — Мистер Уокер произнес это с невинной интонацией, однако провести Грейс ему не удалось.

— Будьте смелее, сэр. Разве вам в голову не приходят другие причины, в силу которых графу может не нравиться то, что вы беседуете со мной?

— Вам же известно, кто я, верно?

— Я была внимательна, когда леди Пэшли знакомила нас, — любезно отвечала Грейс. — И я отметила, что вы предпочли не объяснять, что вас связывает с герцогом Хантсли.

Робкая улыбка собеседника была располагающей, но сердце Грейс она не смягчила.

— Ах, вы меня поймали! Как я смущен!

По какой-то причине все мужчины из рода герцога считали ее легковерной. Этого объяснения было достаточно, чтобы она оставила его в покое, — если бы не явная враждебность Фроста. Его поведение разожгло любопытство Грейс. Шпионит ли он по поручению Хантсли? В таком случае ему придется горько пожалеть об этом. И Хантсли тоже придется об этом пожалеть, если уж на то пошло.

— Вы правы, — мягко произнесла она. — А что, для такой скрытности имеются причины?

— Простите меня, леди Грейс. Я же не мог быть уверен, что вы согласитесь побеседовать со мной, — был его ответ."

"Извинение прозвучало искренне. И все же Грейс не могла исключить, что у джентльмена имелись и другие причины не упоминать о своем родстве с герцогом.

— Мне никто прежде не называл ваше имя. Тем не менее мне известно, что бабушка герцога включила в договор пункт, призванный обеспечить послушание внука. Если этот брак не будет заключен, вы станете богачом, мистер Уокер.

— Я и сейчас далеко не бедняк, леди Грейс, — возразил на это мистер Уокер.

— Вполне возможно. Однако мужчины бывают такими странными! Готова спорить, что богатый человек мечтает сделаться еще богаче, — сказала Грейс, смягчая укор любезной улыбкой.

Мистер Уокер посветлел лицом и ответил улыбкой не менее любезной.

— Конечно, миледи, что касается богатства, пределов нет. Есть и другая причина, по которой я стремлюсь заполучить то, что унаследовал Хантсли.

— И что же это за причина?

— Мне доставит удовольствие отсудить у него наследство потому, что сейчас оно принадлежит ему. Он же будет в ярости, если придется уступить дары бабушки мне. — Заметив удивление на лице Грейс, он пояснил: — Должен признаться, мы с детства соперничали.