— Хотите одержать верх надо мной, а?

— Даме приходится пользоваться своими преимуществами, если она сталкивается с одним из «порочных лордов».

— А вы умны! — сказал граф, придя к определенному решению. — Очень хорошо, буду держать свое мнение при себе.

— Уж постарайтесь. — Грейс поколебалась, но все же оглянулась. — И, возможно, когда-нибудь я вам честно отвечу на вопрос, который вы не решились задать.

— Что это за вопрос, леди Грейс?

— Вам хочется знать, чьи поцелуи мне нравятся больше — ваши или герцога.

— О боже! — Фрост затрясся от хохота. — Во всяком случае, мне точно известно, чьи поцелуи больше понравились вам сегодня. Если только Хантер не окажется круглым идиотом, мне придется удовлетвориться этой скромной победой.

Грейс, все еще улыбаясь, пошла к негодующей леди Нетерли и ее спутницам.

Глава восьмая

Настроение у Хантера было отвратительное.

Леди Нетерли он отыскал почти сразу. Увы, старая маркиза не спешила сообщить ему о местопребывании леди Грейс. Ничего не узнал он и от Джулианы, жены Сина, как и от Реган, Изабеллы и Софии, которых встретил поочередно. Что касается самого Сина, то ему показалось, что тот горячо уговаривает жену пораньше уйти с бала.

Кто-то сказал, что здесь еще Фрост и Вейн, но ни того ни другого он в зале не заметил.

Почему же так трудно отыскать одну-единственную леди?

Сердясь на себя за то, что его мысли снова заняты этой девчонкой, Хантер слишком резким толчком отворил дверь и оказался в какой-то комнате. Внутри горели свечи, и он увидел, что это небольшая уютная гостиная. Вероятно, здесь можно побыть одному и отдохнуть от шума и суеты, царящих в бальной зале, но никто не искал здесь в данную минуту уединения.

— Хантер! Вот нежданная радость!

Этот женский голос он узнал сразу. Изобразив на лице нечто вроде улыбки, он повернулся и поздоровался с той женщиной, встречи с которой непременно избежал бы, если бы знал, что она будет на этом балу.

— Леди Клифтон! Сколько же времени мы не виделись?

— Слишком много, раз ты забыл, что всегда звал меня просто Порцией, — ответила она, слегка надувая губки.

— Но это было до того, как вы вышли замуж за Клифтона. — Он взял ее за руку и поклонился. — Вы должны быть благодарны мне за то, что я решил вести себя как человек благонравный.

В свои двадцать восемь лет Порция Флетчер, графиня Клифтон, выглядела такой же прелестной, как и в тот день, когда он впервые встретил на балу ее, семнадцатилетнюю девушку, только начавшую выезжать в свет.

Она тогда покорила Хантера, который был на полтора года ее старше. Через три недели он убедил себя, что влюблен. Для него это было впервые — до тех пор ни одна женщина не тронула его сердце так, как Порция. И все же их будущее было туманным с самого начала.