Два унтера из вашей группы отказались принять решение, пока вы его не примете. Все остальные уже принесли мне клятву верности, присягу они принесут завтра, когда я официально объявлю о наследнике России. Информация в мир об этом пойдет через три месяца. На этом всё, мы уходим.

Юрченко остался сидеть на своей лежанке, тиская под подушкой «наган», я не стал забирать его, так что, покинув комнату, я прошёл коридором к заднему выходу и оказался во дворе, буквально заваленном трупами красноармейцев. Их участвовало в захвате сто семьдесят шесть бойцов и их командиров. Все они были тут, включая командиров. У всех было одно смертельное ранение. Удар штыком прямо в сердце. Пусть их коллеги и однополчане гадают, как враги смогли их так нейтрализовать, что убили одним и тем же ударом.

– Уходим, – скомандовал я, появляясь во дворе, после чего сказал двум унтерам, как и все сопротивленцы, одетых в гражданскую одежду: – Ваш командир отказался. У вас минута на принятие решения.

– Мы с ним, – отрицательно покачали те головами.

– С братцем своим сам разберись, мы его не тронули, – сказал я одному из них и направился к воротам.

Подполковник вышел за мной следом, поэтому я дал несколько минут своим новым людям попрощаться с ним, вряд ли они когда увидятся. Сам Юрченко, увидев заваленный трупами двор харчевни, остолбенел, но пока шло прощание, он пришёл в себя и, подойдя строевым шагом, обратился ко мне:

– Выше высокоблагородие. Разрешите принять ваше предложение?

Мельком посмотрев на машины, стоявшие у въезда, а также на светлевший горизонт, я покачал отрицательно головой.

– Может, у меня, подполковник, и есть недостатки, но один из них в том, что я делаю всегда только одно предложение, один раз, и никогда не повторяюсь. Свой шанс вы упустили. Дорога в Новороссию для вас закрыта. Честь имею, – козырнув, я отправился к машинам."

"У большевиков мы отхватили шесть грузовиков, что-то вроде «полуторок», только с эмблемами «форда», и две легковые машины. Все офицеры, к счастью, умели ими управлять, и даже мне одна досталась, так что, рассевшись по машинам, загруженных формой и оружием перебитых большевиков, мы покатили к выезду из города. Я уже вызывал грузовой бот с «России», так что к моменту, когда мы добрались до пустынной дороги за городом, вот-вот должно было рассвести, туда и спустился бот, и подлетел челнок, покинув укрытие. Загрузив технику и людей, мы стали подниматься на орбиту.

Конечно, для офицеров и унтеров всё было шоком, они не ожидали, что у меня под управлением такие силы, но поспрашивали, пока летели, и, узнав, чем я располагаю, загорелись. Правда, пришлось их немного притушить.