Жила с ним гражданским браком, забеременела. Беременность ему оказалась поперёк горла, он кинул деньги, чтобы она избавилась от ребёнка. Фаина и не подумала пойти на аборт. Чтобы избежать дальнейших встреч с Акопяном, уехала в Турцию, там работала несколько месяцев. А когда вернулась, этот мудак встретил её с цветами в аэропорту. Поклялся в вечной любви, страсти и так далее. Фаина поверила. А когда пришёл срок рожать, он её избил. Сильно… Она кое-как села в машину, поехала сама в больницу.

Не доехала. Акопян рванул за ней.

Если бы не случайные проезжающие, которые стали нечаянными соучастниками родов, непонятно, чем бы дело закончилось.

По данным полиции Фаину доставили в роддом на Балатоке в очень плохом состоянии. Ребёнок на тот момент ещё был жив. Но тоже в критическом положении. Женщину удалось спасти, малышку – нет.

И хотя Фаина запретила Давиду вмешиваться, сказав, что прошлое осталось в прошлом, он познакомился с Акопяном… Такие ушлёпки, как Акопян, недостойны жить и здравствовать. Жить он продолжил, здравствовать – нет. Приём пищи через трубочки, полная потеря подвижности – малая расплата за то, что тот творил в прошлом.

По официальной версии этот товарищ попал в аварию и чудом выжил. Пусть и дальше живёт…

Давид обработал ладонь, снова себе налил.

Одна лишь фотография…

Но он обещал Фаине. Да и сам он теперь не сможет спокойно жить, пока не узнает правды.

А если по какому-то невероятному совпадению Рая окажется дочерью Фаины?.. Что тогда?..

_____

ЧТОБЫ была более понятна эта глава вспомнинаем начало романа и реакцию Давида, когда он впервые увидел Раю...

глава 22

Это были одни из самых сложных дней в жизни Шахова. Впервые в жизни он хотел, чтобы у него ничего не получилось.

Чтобы, сука, Рая оказалась не дочерью Фаины! Потому что… Потому что тогда это…

Его выворачивало наизнанку. Разрывало на мелкие атомы. Он занимался делами, работал, а мыслями снова и снова возвращался к тем словам, что сказала Фаина, провожая его в воскресенье. Они постоянно фоном звучали в голове.

– Знаешь, о чём я думаю последние часы… Если бы не моя болезнь, я бы никогда не узнала, что у меня есть Рая. Никогда, понимаешь? И тут…

– Она ещё не твоя.

– Моя, Дава, я чувствую… Понимаешь?

Нет, чёрт побери, он не понимал!! И не хотел понимать! Его ломало, корёжило.

А ещё на носу был ужин с семьёй Раи. С той, где она выросла. Которая воспитала его девочку именно такой, какой он её полюбил.

Давид приехал к назначенному часу. Долго думал, что с собой привезти. Вариантов было несколько. Остановился на необходимом минимуме – бельгийский шоколад ручной работы, хороший коньяк и два букета цветов.

Мелкий бунтарь отбыл на сборы. Парень, как и предполагал Давид, не был безнадёжен.