— Кто поднял руку на человека? Позор! Друзья, не для кулачной расправы и террора мы собираемой каждый год.

Из разбитого виска и из угла рта Вольфганга текла кровь. Он был мертв, и люди, склонившиеся над ним, поняли это сразу.

— Убили!

— Убийцы!

Все заговорили и закричали, молодчики смешались с участниками митинга. Карл спрыгнул со стола и пытался пробиться к телу.

— Провокация! — крикнул он.

Генрих и двое его подручных молча пробирались сквозь толпу в кафе, где сидел Сажин.

— Кто убил парня?

— Да они все на одно лицо — полосатые! Бей их!

В воздух взметнулись кастеты.

Генрих с парнями был уже почти рядом с Сажиным, когда в толпу врезалось такси. Шум мотора и скрежет тормозов на мгновение остановили побоище, но и секунды было достаточно, чтобы боксеры выскочили из машины. Над толпой повис звонкий голос Шурика:

— Михаил Петрович, берегитесь!

Генрих повернулся к подручным:

— Кончайте! Быстро.

Кастеты и забинтованные кулаки боксеров взметнулись одновременно, и невозможно было определить, кто кого опережает. На секунду люди схлестнулись, словно обнялись, и бандиты упали.

Сажин вытер ладонью лицо, тихо, но отчетливо сказал:

— Из кафе ни шагу.

Стойте здесь.

Зигмунд взял Карла Петцке за талию и, подняв над головой, сделал несколько шагов и поставил на стол.

— Люди! — кричал Карл. — Друзья!

Тони пробирался среди дерущихся и кричал:

— Шурик! Шурик!

Петер не успевал за ним и бормотал:

— Мальчик, не надо. Не ходи.

Какой-то пьяный молодчик занес над Тони кастет, Петер, задыхаясь, пробежал три шага и сбил бандита. Совершенно обессиленный Петер стоял и растерянно оглядывался, когда другой бандит ударил старого боксера кастетом в затылок.

Тони схватил Шурика за рукав, боксер обернулся и, увидев австрийца, сделал шаг назад.

Завыли сирены полицейских машин, сбавив скорость, но, не останавливаясь, они двигались прямо на толпу, и люди шарахались и уступали дорогу.

Карл собрал вокруг себя друзей, быстро говорил:

— Кто ударил первый? Необходимо быстро найти.

— Это не наш.

— Провокатор.

Тони, который держал Шурика за руки и пытался ему объяснить, что не виноват, услышал Карла и что-то сказал Зигмунду. Литовец взлохматил Шурику волосы и перевел:

— Тони не виноват, он просит тебя идти с ним.

Тони тянул Шурика из толпы, парень сначала упирался, но, глядя в лицо австрийца, поверил и побежал за приятелем. Они обогнули кафе и увидели Вилли и неизвестного мужчину. Вилли расстегивал арестантскую куртку, а мужчина держал штатский костюм. Заметив юношей, бандиты насторожились.

— Вы убили человека. Я видел, — сказал Тони.

— Ты ошибаешься, — Вилли незаметно достал кастет.

— Я видел, — повторил Тони.

Не понимая, о чем идет речь, Шурик переводил взгляд с одного лица на другое.