— Ах да, — неловко сказал Тэллоу. — Вот, привел приятеля, Глэд. Стармех. С нашего корабля.

— Проходите в комнату.

Она зажгла газ в гостиной. Тесная комнатка оживилась. Это была лучшая комнатка старого, обшарпанного домика. Скрипящие стулья с подлокотниками. Квадратный, черного дерева стол посредине. На полочках — сувениры, привезенные Тэллоу из Гибралтара, Гонконга и Александрии, Тюлевые занавески придавали комнатке уютный вид, но совсем не пропускали в окна дневной свет. С каминной полки важно смотрел с фотографии мистер Белл. Глэйдис оглядела мужчин. Кителя без единого пятнышка, золотые нашивки, отутюженные складки на брюках.

В который раз удивилась: как они умудряются держать свои вещи в порядке?

— Ну, как новый корабль? — спросила она брата.

— Он никогда не доживет до старости, вот что я скажу, — подмигнув Уоттсу, ответил Тэллоу. Тот рассмеялся, почесывая лысую голову.

— Да, пожалуй, так оно и есть, миссис Белл. Мы вернулись из тяжелого похода, должен вам сказать.

* * *"

"После первого похода Эриксон обратился с просьбой прислать еще одного офицера. Для старпома и двух младших лейтенантов было слишком много дела.

Он официально представил свою просьбу в Адмиралтейство, и там среагировали на рапорт в течение трех недель, что очень удивило Эриксона. Младший лейтенант Морель, как официально говорилось в документах, был назначен на «Компас роуз» в качестве дополнительного вахтенного офицера.

Морель прибыл прямо с учебных курсов и привез громадное количество багажа, которое всех удивило.

Это был очень приличный молодой человек, корректный и самоуверенный. Даже трудно представить, что он снизошел до такой мелочи, как корвет. В мирное время он служил младшим адвокатом и был порождением Лондона, представлявшего резкий контраст с тем миром, в котором когда-то вращался Локкарт.

Морель представлялся ему в черном пиджаке и полосатых брюках, выходящим из своих покоев на Линкольн-стрит, чтобы присутствовать на изысканном ленче в «Савое». Морель был серьезен, медлителен, невероятно вежлив и учтив. В прекрасно скроенной форме он казался более уместным для дипломатического салона, чем для непритязательной кают-компании «Компас роуз».

* * *Несколько следующих конвоев были похожи на первый.

Отряд «Вайпероса» усилили корветом «Соррель». Вокруг шныряли немецкие подлодки. Другие конвои постоянно натыкались на немцев, но им пока везло: вахтенный журнал не содержал в себе ничего, кроме записей о погоде, которая крепко досаждала «Компас роуз». Казалось, что Атлантика разъярена в любое время года.

Они мужали. Они научились обманывать стихию, уклоняться от встреч с волнами. Они научились передвигаться по судну, держась за различные предметы. Они научились спать в каких угодно условиях и в любом положении.