– Я попросила Патрика быть моим посаженым отцом, – перебила жениха Кэтрин.

– Прекрасно! – с искренним одобрением кивнул Хью и посмотрел на Патрика с теплой улыбкой.

«Возможно, и впрямь стоит ему довериться», – подумала Кэтрин – и решила воздать своему жениху добром за добро.

– Милорд, я могу взять все предсвадебные хлопоты на себя, – проговорила она.

– О, не беспокойтесь. Я уже все уладил, – ответил Хью, слегка похлопав Кэтрин по руке. – От вас требуется лишь одно – подойти к алтарю и вовремя сказать «да».

Кэтрин нахмурилась.

– Когда? – сердито буркнула она.

– Что – «когда»? – непонимающе воззрился на нее Хью.

– Если от меня требуется только сказать «да», – не скрывая сарказма, проговорила Кэтрин, – то уж будьте любезны уведомить меня, когда именно мне предстоит это сделать. И можете быть спокойны: мое «да» будет лучшим «да» на свете!

Хью сузившимися глазами пристально посмотрел на невесту, а сэр Генри и Патрик сделали вид, будто ничего не слышали – и вообще внезапно оглохли.

– Я не хотел оскорбить вас, миледи, – наконец проговорил Хью. – Просто предсвадебные хлопоты немедленно привлекут внимание Терлоу, а это слишком опасно.

Он способен на все, и я вздохну спокойно, лишь когда мы обвенчаемся.

Кэтрин вынуждена была признать, что Хью абсолютно прав, и почувствовала себя ужасно глупо.

– Я стала слишком раздражительной, – пробормотала она, пытаясь извиниться. – С беременными женщинами это бывает…

– Я понимаю, – с мягкой улыбкой откликнулся Хью и погладил Кэтрин по руке, успокаивая, как ребенка.

Пег внесла десерт – свежую землянику со взбитыми сливками, однако Кэтрин пребывала в таком смятении, что едва притронулась к этому лакомству.

Разговор шел о ее собственной свадьбе, а она, невеста, чувствовала себя совершенно посторонней! Впрочем, скоро мужчины принялись толковать о политике и войне, и Кэтрин потеряла к беседе всякий интерес.

– Макгайр снова начал нападать на наши отряды, – заметил сэр Генри.

– Вот как? – с вежливым равнодушием откликнулся Хью.

– Да, – кивнул сэр Генри. – Королеве придется послать кого-нибудь, чтобы положить этому конец. Вы же понимаете, что Рассел не может разобраться. И…

– Прошу прощения, но я очень устала, – перебила его Кэтрин, вставая со стула.

Ее уже тошнило от всех этих разговоров о сражениях и убийствах. – Позвольте пожелать вам доброй ночи.

Хью тотчас же вскочил и взял невесту под руку.

– Чувствуйте себя как дома, – сказал он сэру Генри и Патрику. – Я скоро вернусь. – И, повернувшись к Кэтрин, он промолвил с улыбкой: – Я хочу вам кое-что показать."

"Поднимаясь с ним наверх, Кейт никак не могла успокоиться. Высокомерная снисходительность жениха просто бесила ее.