Он рассказал о своей жизни, поскольку знал, что его наверняка посадят, и терять ему было нечего. Он был вором, но вором «честным», крал лишь у богатых, и не было разницы, кто они, коренные, ирландцы, макаронники. На украденные деньги или вещи он гулял как в последний день, все тратил на алкоголь и проституток, а когда деньги заканчивались, брался за старое.

В очередное безрадостное утро железная дверь камеры скрипнула, и надзиратель с ехидцей на лице пробубнил:

– Принимай соседа.

В камеру вошел парень, на вид чуть старше меня, лет двадцати-двадцати двух. Среднего телосложения и невысоко роста с ярко-рыжими волосами. Ирландец? Или просто рыжий. Парень оказался разговорчивый, и звали его Киган. Я смолоду запомнил рассказы «старшаков», что жили в нашем дворе и имели не одну отсидку, они говорили: «Там не доверяй никому».

Киган, видать, заприметил во мне земляка, или кто шепнул ему, сразу начал расспрашивать, за что я здесь.

– Простая нелепая ошибка. Случайность. Возможно, я просто похож на того, кого они ищут. Ведь для них все ирландцы на одно лицо, – я, как и прежде, стоял на своем. Я не я и вообще ни в чем не виноват.

– Это точно, лишь в цвете волос разница, – ответил Киган и рассмеялся.

– Ну а ты за что сюда попал? – спросил я парня. Так как все-таки подозрения насчет него были.

– Говорят, человека убил, – тут же начал он. – Но как я могу убить человека, ты посмотри на меня.

– Ну а все же, за что? – продолжил я расспрашивать парня. Наверняка если засланный, то на чем-нибудь да проколется.

– Негра убил, но разве негр человек? – Киган пожал плечами. – Вот и я им говорю, что я не мог человека убить. Ну а ты, говорят, ограбил банк в Спрингфилде, – тихонько спросил Киган.

– Кто такое говорит? Первый раз слышу, – тут же ответил я и сделал удивленный вид.

– Да не бойся, я свой в доску. Я слышал, как об этом надзиратели шептались, – вот твой прокол, парень. Кто ж будет шептаться о таком, будто других тем нет.

– Нет, они ошибаются. Я даже в этом Спрингфилде ни разу не был, – буркнул я в ответ и отвернулся от парня. Значит, все-таки мои подозрения оправдались."

"– Эх, а жаль, что это не ты. Я уж думал, встречусь с тем парнем, который освободил моего брата от уплаты по залогу на его дом. Представляешь, он хотел заняться фермерством, займ на развитие готовы были дать только под залог, ну а куда ему деваться. Пришлось заложить свою ферму.

Красиво поет, но только я свои выводы уже сделал!

Ближе к вечеру к двери подошел надзиратель и дубинкой провел по решетчатой двери. Я поднял голову и посмотрел на него.

– Браун, у тебя завтра суд. Готовься. Нашлись свидетели, которые тебя опознали. – После чего ухмыльнулся. – Надеюсь, тебя признают виновным, – после чего пошел дальше по коридору, бренча дубинкой о двери других камер.